Джейсон вдруг осознал, что он смотрит на лабораторию с отвращением, а у Элизы такой вид, будто он пнул ее любимую собачку или волшебного черного барана.
— Извини! Ты тут совершенно ни при чем! — поспешил он заверить ее. — Это я поторопился и накупил больше, чем следует, не посоветовавшись с тобой.
Он вздохнул, стараясь не показывать своего разочарования.
— Поговорю с Сесилом, посмотрим, что можно сделать, объединив ваши с ним усилия. Он найдет тебе подмастерье, а я подумаю, что тут еще можно предпринять, чтобы ускорить процесс. Я на тебя не давлю, но чем быстрее мы сможем наладить производство, тем лучше.
— Окей, — Элиза принялась извлекать что-то из своей корзины и раскладывать на лабораторном столе. — Я постараюсь.
— Не сомневаюсь, — сказал Джейсон. — Спасибо за помощь.
Он направился к выходу, косясь на пышную и вдруг ставшую ненужной зеленую растительность. Джейсон шел и ругал себя последними словами за спешку, из-за которой он потерял массу денег. При этом ему смутно казалось, что не все еще потеряно, что он сможет найти, нащупать способ спасти положение. Это был слабый огонек надежды в глубине сознания, или это была его глупая гордыня, не желавшая признать поражения.
Джейсон вздохнул. Как бы то ни было, двигаться он мог только вперед.
Фрэнк и Вера шли по разрушенному городку. Дверь ближайшего дома висела на одной петле, на косяке виднелись глубокие следы когтей. Внутрь можно было не заглядывать: там только кровью залитый пол — все, что осталось от некогда жившей в доме семьи. И этот дом не был исключением: в городе не сохранилось почти ничего живого.
Солдаты Сумеречного Трона группами по три-четыре человека обходили дома в поисках выживших. Разведчики прочесывали окрестный лес.
— Сколько нашли живых?
— Человек двадцать, — Верины белесые глаза холодно осматривали окрестность. — Кое-кто сообразил спрятаться в винные погреба. Это их спасло, — она мрачно усмехнулась. — При этом они умудрились атаковать солдат топорами и кухонными ножами, одна тетка так махала сковородкой, что наши еле отбились.
— Все осмотрели? — спросил Фрэнк, зная, что она скажет.
Вера только хмыкнула в ответ на дурацкий вопрос, но, будучи профессионалом, сохранила подобающее выражение лица. Она знала, что рутина и формальности помогают пережить ужасы войны.
— Почти. Еще минут тридцать — и мы закончим.
Они вышли на городскую площадь с пустующими лавками и брошенными в беспорядке фургонами. Лужи крови были повсюду, в воздухе висел и лез в ноздри назойливый туман с привкусом меди, от которого не спасало даже понижение чувствительности в игре. Удивляло отсутствие трупов. После такой резни, среди этого моря крови трупы должны были бы быть повсюду. Однако их не было.