— А пока мы хотим, чтобы ты вернулся, — сказал отец. — Ты должен быть с семьей. Поддельные свидетельства, неподдельные свидетельства — происходит что-то сомнительное, и «Cerillion Entertainment» в этом участвует. Тебе лучше быть не с ними, а с нами.
— Прошу тебя, Джейсон! — глаза матери горели светом надежды. — Умоляю — вернись домой!
Джейсон молчал, его чувства начали приходить в порядок, и вместо смятения в душе воцарилась усталость.
Даже сейчас они считали, что знают, что для него лучше, и его мнения не спрашивали. Как всегда. Как когда они, не слушая его возражений, держали его в «Ричмонде». Как сейчас, опасаясь, что игра плохо на него влияет, они не стали обсуждать это с ним, а отправились к Глории, потому что были уверены, что только они и могут решать, что для него хорошо, а что нет.
Разве они сожалели о том, что сделали? Нет, они сожалели о том, что проиграли. Что комитет не закрыл игру. Возможно, они думают, что примирение с ним отчасти компенсирует поражение, выставит их в правильном свете, несмотря на то, что слушания не установили, что игра нанесла ему вред.
Где они были, когда он в них так нуждался? Когда Алекс травил его? Когда он сидел в тюрьме? Когда Глория публично выставила его опасным социопатом?
Он вдруг почувствовал, что в нем что-то словно обрушилось, и он стал пытаться понять что. Возможно, вера в то, что люди добры. Что его родители действительно заботятся исключительно о нем. Что мир справедлив и полон смысла. Теперь все эти иллюзии рассеялись, все эти фантазии, имеющие еще меньшее отношение к реальности, чем те видеоигры, в которых он пытался прятаться от жизни.
Старик был прав. Единственное, что реально существует и имеет значение, это желание и сила для его осуществления.
— Нет! — сказал наконец Джейсон и сам удивился, до какой степени его голос прозвучал холодно и неумолимо. — Никуда я с вами не пойду, — он смотрел на них, не отводя глаз. — Вы сами это сказали: вы мне больше не родители. У меня другая семья, которая действительно любит меня.
Джейсон не стал дожидаться их реакции, он присоединился к Роберту и Клэр, ждавшим его возле автомобиля. Какой-нибудь из круживших над головами дронов наверняка записал его объяснение с родителями.
Но ему было все равно.
Джейсон уселся на кожаные подушки, и дверка лимузина захлопнулась, словно подводила итог той части жизни, что осталась за его спиной. Все его мысли были только о будущем. Комитет дал ему еще одну возможность, второй шанс, и он намеревался воспользоваться этим шансом по полной. Родители и слушания преподали ему один важный урок.