Алексион не гнушается забирать в рабство детей? Видимо, нет такой гадости, на которую он был бы неспособен!..
Самого Алексиона он уже разглядел раньше. Тот шел в окружении солдат, в компании красивой, элегантно одетой дамы и в сопровождении слуги. Пара непринужденно болтала, не смущаясь мрачной атмосферой и звоном невольничьих цепей.
Колонна подошла к городским воротам, и Алексион выступил вперед, сияя доспехами. Сверху на них смотрели люди в темных плащах.
— Народ Келтона! Мое имя — Алексион, и я являюсь правителем Хрустального Мира! Мы пришли захватить этот город и забрать рабов. Даю вам шанс сдаться, и тогда мы пощадим некоторых из вас. Откройте ворота, и вы спасете своих жен и детей! — Алексион выдержал паузу, давая людям на стене переварить сказанное. — Если вы не примете моего предложения, мы сожжем город и заберем всех — всех, кто выживет, естественно!
Алексион замолчал, и воцарилась тишина. Фигуры на стене никак не реагировали на его слова. Что было неудивительно, так как чучела редко пускаются в разговоры с гостями. Горожане под руководством Фрэнка потратили немало времени, чтобы собрать подобие манекенов и нарядить их в старое тряпье. Забавно было смотреть, как закованный в золотую броню идиот пытается навести страху на деревянных истуканов.
— Последнее предупреждение!.. — начал сердиться Алексион. — Ваш правитель Джейсон вам не поможет! Решайте скорее!
— Осел, — буркнул Фрэнк себе под нос.
Смешок за плечом заставил его обернуться. Рядом стол Зиско.
— Мы готовы. Ждем твоей команды.
Фрэнк кивнул и снова стал смотреть на Алексиона, который, потеряв терпение, сделал знак рукой, посылая вперед своих служителей в белых одеяниях. Исповедники встали в линию напротив ворот, из их рук уже рвались красные и оранжевые языки огня.
Через мгновение мощная огненная волна ударила в ворота. Сначала ничего не произошло; казалось, кристаллическая поверхность успешно выдерживает напор раскаленной маны. Но прошло несколько минут, и стало заметно, что материал, из которого сделаны створки ворот, начал покрываться морщинами и потеками. А сгустки расплавленного кристалла закапали на землю.
Еще чуть-чуть, думал Фрэнк. Исповедники вовсю расходовали ману, и, чем больше они тратили, тем меньше должно было остаться для регенерации и лечения ран. Пусть пока жгут ворота.
Алексион начал тревожно озираться, всматриваться в неподвижных стражников на стене, которые никак не реагировали на атаку, и в линию леса позади, словно о чем-то догадываясь. Он открыл рот, чтобы отдать команду…
— Начали! — крикнул Фрэнк.