Вот император «обрадуется»…
До окончания картофельной практики больше ничего интересного не происходило. В середине сентября мы вернулись в Петербург.
Савелий выключил надрывающийся будильник и рывком выпрыгнул из кровати. В темноте нашарил рукой брюки, натянул их и только потом включил свет.
— Курсант Михайлов, подъем!
Одеяло на соседней кровати зашевелилось, и из-под него высунулась сонная кошачья голова.
— Мя-а-а… — Карамелька зевнула, демонстрируя острые клыки.
Савелий фыркнул и угостил химеру припасенной с вечера шоколадкой. Карамелька слизала конфету и нырнула обратно под одеяло. Ее хозяйки в комнате не было.
Яру Савелий нашел на стадионе. Она нарезала круги в компании Мишки, Степана и Этери. Княжну Эристави отчего-то до сих пор не отчислили из академии. Савелий полагал, что это случится, как только курсанты вернутся в город, однако ошибся.
Соседом Этери по общежитию и, соответственно, ее куратором, назначили Илью Верховцева, и не далее, как вчера вечером он жаловался однокурсникам, что понятия не имеет, как жить в комнате с девушкой.
— Я там появляться боюсь, — делился он. — Она такой бардак устроила, а я голос на нее повысить не могу. Ей разрешат учиться в академии? Но это же против правил. Странно это, все делают вид, будто она парень, хотя знают правду.
«Мне б твои проблемы», — беззлобно думал Савелий.
Яра вещи не разбрасывала, и в душе после себя пол вытирала. Но как жить в комнате с любимой девушкой, не имея права прикоснуться к ней, Савелий не представлял совершенно. Пока положение спасала Карамелька. Это он предложил Яре звать ее на ночевку. После отбоя к ним в комнату точно никто не вломится, и вроде как они с Ярой не наедине.
Первогодки явно что-то обсуждали, и Савелий не стал им мешать. И задержался на стадионе, чтобы Яра могла спокойно принять душ после тренировки.
— Степан хочет жениться на Этери, — сообщила Яра за завтраком.
За столом к ним присоединился Матвей, а Мишка осваивался в компании своего куратора.
— Я так понимаю, не по любви, а по расчету, — уточнил Савелий.
— Мне кажется, по любви, — сказала Яра. — Но он предлагает ей фиктивный брак, чтобы отец оставил ее в покое.
— Отец ее нашел? — уточнил Матвей.
— Давно, — сказала Яра. — Он и сообщил преподам о подмене. Этери решили проучить, потому и сделали вид, что обман не раскрыт. По замыслу ее папаши тяжелый крестьянский труд должен был научить дочь покорности.
Она фыркнула и вцепилась зубами в кусок хлеба, щедро смазанного маслом.
— Откуда такие подробности? — поинтересовался Савелий.
— Этери вчера вечером с братом встречалась, он и рассказал, — пояснила Яра, прожевав кусок. — Это который настоящий Мамука. — Она отложила бутерброд и добавила с горечью: — Этери плакала, когда вернулась. Папаша Мамуку избил. И пообещал, что он тут будет учиться, если уж поступил. Тоже… в наказание. А ее сегодня заберут и до свадьбы запрут в монастыре. Средневековье какое-то! Вот Степан и сделал Этери предложение. Утром обсуждали.