Уильяма не только грустные песни. Теперь он поет и о радости любить и быть любимым. О радости жить в гармонии с собой. – Нет в жизни счастья большего, Чем суженую отыскать, – вырывались из груди давно прочувствованные слова. СМИ снова писали об Уильяме. На этот раз – о том, что тональность его песен изменилась, а поклонников прибавилось. Засуженная Стивеном желтая пресса больше не пыталась трактовать превратно чужие слова. Так что о скандале не могло быть и речи. Стивен был доволен. Уильяму было все равно. – И счастье снова засияет Веселым солнцем за окном 32 Уильям закончил петь. Зал на секунду погрузился в молчание, затем взорвался аплодисментами. – Поздравляю, Уил, ты их сделал, – хмыкнул Стивен, когда концерт завершился, и они остались наедине. – За один сегодняшний концерт месячная выручка. Уильям только кивнул. Деньги никогда не были для него целью. Лишь средством для достижения того, что он желал. – Когда Вике рожать? – уточнил Стивен. – Через три месяца, – Уильям вспомнил предыдущие роды и покачал головой. – Думаю, переживать я буду так же. – Андроиды – отличные специалисты. Это при повивальных бабках роженицы и дети мерли как мухи, – проворчал Стивен. Его задевало недоверие Уильяма к механическим медработникам. Уильям не видел смысла спорить. Он продолжал считать, что человек быстрее сориентируется в трудной ситуации и примет правильное решение. – Наши в следующем месяце отправятся наконец-то в твой бывший мир, – сменил тему Стивен. – Так долго тянули? – Готовились. Сначала разведка на местности, потом составление плана. Не знаю, есть ли на императорском роду божественная защита, но представляться наши будут именно посланниками богов. Ну и организуют отречение от престола. – Император не подпишет, – нахмурился Уильям. Он слабо себе представлял, что и как надо провернуть, чтобы его величество самолично отказался от престола. – Посмотрим, – хмыкнул Стивен. – Я верю нашим армейцам. Да, твой родственничек все же получил повышение по службе. – Чем нанес тебе оскорбление, – улыбнулся Уильям. Стивен выразился, нецензурно. Его нелюбовь к Степану никак не желала проходить. Впрочем, у них это было взаимно.
Вместо нежного привета
Ей, царице всех услад,
Чтоб забыться, песнь рассвета
Я сложу на новый лад.
Лунный свет забрезжил где-то,
В птичьих трелях дремлет сад, -
Так мне тяжко бденье это,
Что заре я был бы рад.
О, боже, как
Наскучил мрак!
Как я жду рассвета!
Ук де ла Бакалариа 31
– Блин, кто бы мне сказал, что истинность – такая жуткая вещь, – ворчала Наташка. – Я в жизни тогда к нему не подошла бы! Ну вот объясни, почему я теперь страдать должна?!