– оргазм накрыл ее с головой. К Уильяму вернулись все те чувства, которые были погребены в его душе под слоем равнодушия сразу после исчезновения Виктории. Он снова видел мир во всех красках и мог ощущать каждую мелочь. Но самым главным было то, что Уильям теперь считал себя нормальным человеком, не рабом императора. – Ты выйдешь за меня? – когда они оба отдышались и лежали успокоенные, спросил он. – Да, – улыбнулась Виктория. – Но тебе придется пережить не одну встречу с моей родней. У меня много родственников. И все они очень сильно меня любят. – Думаю, я справлюсь, – вернул улыбку Уильям. Родственники Виктории, пусть и многочисленные, его не пугали. Теперь, когда он вырвался из-под гнетущей власти императора, его ничего не пугало. – Они не знают, что ребенок твой, – предупредила Виктория. – Я ничего никому не рассказывала. – Вместе расскажем, – Уильям был слишком счастлив, чтобы думать о таких мелочах, как реакция будущих родственников. В конце концов, он собирался жить не с ними. А значит, и думать об их одобрении мог в последнюю очередь. А ведь еще предстояло распределить время концертов. Или же поразмышлять над тем, чтобы петь только в столице и близлежащих городах – разлучаться надолго с Викторией Уильям не желал. Стивен, конечно, в восторг не придет. Но Уильям слишком долго ждал этой встречи и собирался настаивать на своем. – Я куплю для нас жилье в столице. Ты ведь не откажешься переехать? – спросил он с тайным замиранием сердца. Женщины этого мира, как оказалось, были чересчур самостоятельными. – Не откажусь, – Виктория выглядела счастливой. И Уильям надеялся, что это из-за его появления в ее жизни. Звонок галафона прозвучал неожиданно и совсем не к месту. Причем звонили Виктории. Она тяжело вздохнула и пробормотала: – Меня нет. Ни для кого. Звонивший, видимо, считал по-другому, потому что галафон не умолкал. Виктория, обнаженная, все же поднялась с постели, подошла к столу, взяла в руки галафон. – Да. Нет, Наташ, нельзя. Никак. Нет. Нет, я сказала. У меня мужчина. Наташ… Нет, не он. Все, пока. Положила трубку и проворчала: – Вот же… Зараза… – Не он? – Уильям мгновенно напрягся. – Не ревнуй, – хмыкнула Виктория, нарочно соблазнительно покачивая бедрами. – Это было еще до моей поездки в твой мир. Я собиралась выйти замуж. Его женили, пока я танцевала в том замке. Так что соперника у тебя нет. Уильям промолчал, но на душе остался неприятный осадок. Она собиралась выйти замуж. И не за него…
Но я любви не удивлюсь моей, -
Кто Донну знал, все для того понятно: