— Ха-ха-а-а, — вырвался смешок изо рта Рема.

Исайя Арханий, который чувствовал себя в некотором роде виноватым в том, что герцог отказывается покидать передовые позиции, и не отходил от него ни на шаг, покосился на Аркана:

— Ваше высочество?

— Они там вливают в уши своим воинам, будто сейчас разворачивается сражение сил Света с армией Тьмы, — ухмыльнулся герцог. — Если они победят — то так и напишут. Как хранимое Фениксом войско во главе с благоверным монархом Карлом Вильгельмом и при поддержке пресветлых эльфов разгромило мракобесов и убийц из свиты Чёрного Герцога, худшего из детей Сатаны.

— А если победим мы? — поинтересовался Арханий. Привстав на мгновенье, он мигом спрятался обратно: арбалетчики приближались, интенсивность обстрела нарастала.

— А если победим мы, то напишем, что… — начал Аркан, но был прерван хриплым рёвом латников Вайсвальда, которые, набирая ход, шли в атаку на укрепления. Дождавшись, пока над головой не пролетит целый рой пуль, выпущенных пращниками, и не отбарабанит свинцовым ливнем по щитам и доспехам, он закончил: — … недостаточно облачиться в белые одежды, чтобы считаться воинами Света!

— А-а-а-а-а!!! — Топот ног латников был подобен рокоту бурной горной реки.

Даже ударившие по наступающим колоннам аркбаллисты не остановили этот порыв. Люди Вайсвальда по праву считались опытными, бывалыми, вымуштрованными солдатами, которые уже не раз и не два ходили на штурмы крепостей непокорных вассалов своего герцога, так что потери их не смутили. На руках они вынесли мантелеты ко рву, опрокинули часть из них в ров, перекрывая острые колья, и, прикрывая друг друга большими прямоугольными щитами-павезами, ринулись вперёд.

Теряя товарищей под бесконечным дождём из стрел, дротиков и свинцовых пуль — ортодоксы не экономили боеприпасы, — латники в трёх местах сумели перебраться через ров по мантелетам. Первые ряды, скорчившись в три погибели, взгромоздили себе на спины павезы, играя роль трамплинов и упоров для своих соратников, которые кинулись к частоколу.

— С нами Бог!!! — Боевой клич ортодоксов, схлестнувшихся лицом к лицу с оптиматами, вознёсся к небесам.

Аркан рубил и колол, отсекая спатой кисти рук, направляя клинок в смотровые щели забрал вражьих барбютов, отбивал кацбальгеры и уклонялся от ударов… Дыхание тяжко вырывалось из его лёгких, он получил несколько ощутимых ударов в нагрудник, латные перчатки спасли Рема от потери одного или двух пальцев…

Всё это время пращники, лучники и метатели дротиков продолжали свою работу — через стену перелетали целые рои смертельных подарков. В этом случае арбалетчикам приходилось несладко: их оружие не очень-то подходило для стрельбы навесом. Особенно страдали солдаты Вайсвальда, перебирающиеся через ров: в этот момент они были беззащитны, им приходилось или рисковать, карабкаясь по земляным стенам мимо острых кольев, либо сосредотачиваться на довольно узких мостках из мантелетов — и попадать под плотный обстрел. Количество раненных и травмированных метательными снарядами было чрезвычайно велико, кое-кто из оптиматов уже начал самостоятельно отступать, подволакивая ногу, баюкая руку или пытаясь унять поток крови из разбитого лица — барбюты спасали далеко не от всех попаданий…