— Вот так вот, начали про хорошую девочку, продолжили — про спасение мира… Фу таким быть, Аркан! — поморщилась Сибилла. — Но ты сам свернул в эту степь… Итак, к делу: я к тебе как парламентёр.

— Во-о-от как! А я думал — о хороших девочках поговорить телепортировалась и карбонаду поесть… — сделал вальяжный жест рукой Рем. — Ну там соблазнить кого-нибудь из симпатичных парней, например — Карантира или Ёррина Сверкера. Нет? Надо же!

— Тиберий, милый, не беси меня, пожалуйста! — сверкнула глазами магичка. — Давай на минутку представим, что ты — настоящий герцог, могущественный владетель и серьёзный человек, а я — настоящий посол с очень важной миссией!

— Запросто, — откликнулся Аркан.

И тут же весь подобрался, чуть изменил позу, расправил плечи, пригладил волосы, нахмурился и суровым тоном спросил:

— Что угодно посланцу магов от Божьей милостью герцога Аскеронского, Тиберия Барилоче-Аркана, именуемого Буревестником? Отвечай немедля, женщина, ибо время моё дорого, а нрав — зловреден! — Дурацкое настроение никак не покидало его.

— Ма-а-ать моя магия, а я ведь почти поверила! — прыснула Сибилла. — Ладно, ладно! Суть такая: маги ищут убежище.

— Что-о-о? — Такого Рем точно не ожидал. — Это как? И какое отношение к этому имею я?

— Странные нынче времена, да? Странные времена для странных союзов… — Волшебница налила себе ещё вина. — Хотя союз они и не предлагают, они готовы довольствоваться вооружённым нейтралитетом и экстерриториальностью.

— «Они» — это кто? — уточнил Аркан.

— Официальное магическое сообщество Кесарии и ещё двух дюжин городов. По сути — почти вся высшая лига Центральных и Западных провинций. Среди одарённого сословия есть много тех, кто понимает подоплёку происходящего… События в консульстве Туринн-Таура стали катализатором недовольства, человеческие маги не хотят играть по правилам ванъяр. А то, что правила диктуют эльфы — это уже понятно любому думающему и мало-мальски образованному человеку…

— А по нашим правилам вы играть готовы? — прищурился Аркан. — Ты помнишь, что я — верноподданный его превосходительства Деспота Аскеронского, м?

— А ты помнишь, что я Сибилла из Аскеронской Башни? — не менее ехидно прищурилась она. — Мы как-то уживались всё это время, а? И Каламита…

— Каламита! Каламита и автономия магистра Стросса была возможна при старом герцоге! Я себе представить не могу, как прихожу к папаше и говорю ему: а давай, отец родной, пустим к себе сотен пять магов, пусть они тут у нас живут-поживают в Аскероне! — ляпнул по столу ладонью Рем. — Он ненавидит чародеев чуть меньше, чем Синедрион, конечно, но гораздо, гораздо больше, чем что угодно другое в этом мире!