И прямо сейчас, этот недомерок, не стесняясь, зарится на то, что ему не принадлежит. Пытается подкатить к Яне.

Раздражает до ужаса, ускоряя пульс. А ведь нам лететь в «кольцо», почти «кругосветное» путешествие экипажа.

Младший Аверин продолжает раздражать и во время рейса в Москву. Считает, что управление лайнером я обязан сразу же отдать ему.

– У тебя сколько часов налёта? Не больше двухсот? Действительно думаешь, что уже можешь зваться пилотом? – мажу по новенькому скептическим взглядом. – Сегодня будешь рулить и вести связь с диспетчером. Покажешь, чему тебя обучили.

Нет, я не вцепляюсь в сайдстик, как многие иные командиры, будто в последнюю радость в жизни. Знаю, что зелёному пилоту нужно набираться опыта. Но не с первого же дня, чёрт его дери. Мне надо оценить его знания, реакцию на нештатные ситуации, поведение в небе, прежде чем доверить жизни наших пассажиров. Тем более, что мальчишка пошёл лёгким путём, отучившись заграницей, где получить лицензию проще и быстрее, чем в России.

Отчасти понимаю Мирона. Сам такой был. Наглый и самоуверенный, считающий, что всё умею.

За строгостью и грубостью моего первого капитана скрывалось одно большое достоинство, помимо его опыта – он давал летать. Но тоже не сразу. Постепенно.

– Рулить и всё? – возмущается Аверин.

– А что? «Не круто»? – хмыкаю я.

– Но я пилот! Должен летать!

– Ты пока не пилот. Так, головастик. Пилотом станешь, когда я скажу.

– Но, капитан!

Игнорирую его потуги.

– Руление не менее ответственный этап. Ты обязан контролировать движение самолёта по разметке и схеме. Если даже этого не сможешь, то летать не будешь.

Аверину приходится смириться и следовать приказу. Выруливаем и взлетаем без проблем. Но как будто решив, что мои нервы железные, Вселенная посылает Снежану с кофе к нам в кабину.

– В салоне всё спокойно? – уточняю я.

– Один буйный всё хотел селфи то со мной, то с Колесниковой, но Анатоля его быстро усмирил, – отчитывается стюардесса, передавая нам напитки. – А в остальном всё спокойно, капитан.

– Я бы тоже её «отселфил» разок. Может, два, – расплываясь в улыбке, изрекает новичок, когда бортпроводница скрывается за дверью.

– Её?

– Ну, Колесникову. Ножки у неё что надо! И личико смазливое. Люблю таких куколок.

Сжимаю стаканчик с кофе сильнее, чем нужно. Урод похотливый. Чёртов недомерок! Я ему член отрежу, если попытается подойти к Котёнку! За гениталии к потолку подвешу, чтобы даже и думать не смел.

– Вышел нафиг из кабины.

– Не понял?

– Я сказал: вышел нафиг из кабины!

– Но, командир…

Бросаю на него слишком грозный взгляд, который не предвещает ничего хорошего, если новичок ослушается. Возвращается Аверин умывшись, голову остудив. Больше про стюардесс не заикается. Так и садимся в Москве. А там, часовая стоянка и дальнейший перелёт в Сочи.