Пользуясь тем, что в валенках шаги было почти не слышно, казак подскочил к тихо сипящему и оседающему мужику и одним стремительным движением свернул ему шею, прекратив агонию. Не дожидаясь окончания этого действа, Егор сунул нож в ножны и, выхватив револьвер, решительно шагнул в кабинет, где и сидел заказчик нападения. Пока они добирались на адрес, у парня было время как следует все обдумать. В итоге он пришел к выводу, что живым заказчик ему просто не нужен.
Устраивать расследования и влезать в государственные интриги ему было не с руки. Не тот возраст и не те кондиции. К тому же вмешиваться в игрища больших дядь, не зная толком истории и понимания, кто и чего добивается, было просто глупо. Так что от заказчика нужно было просто избавиться, обставив все, как обычное ограбление. Так что голыми руками они с казаком ни к чему не прикасались.
Выстрел прозвучал неожиданно громко. Убедившись, что заказчик раскинул мозгами всерьез и навсегда, Егор быстро перезарядил оружие и, убрав его в кобуру, принялся тщательно обыскивать кабинет. Дом этот был съемным, так что устраивать серьезные тайники никто бы не стал. Так что все заканчивалось осмотром и ощупыванием нижних поверхностей стола, стульев и шкафа.
Из стола парень извлек кучу всяких бумаг на английском и немецком языках, а в шкафу обнаружился саквояж из рыжей кожи, набитый ассигнациями и монетами разного достоинства. К удивлению Егора, в доме даже сейфа не было. Сообразив, что именно он делает, Архипыч отправился в спальню, где обнаружил еще одну пачку бумаг, перетянутых атласной лентой, и шкатулку с разными золотыми побрякушками, которыми тут с удовольствием украшали себя мужчины.
Запонки, булавки для галстука, перстни. Все это было изготовлено из золота и украшено разными камешками. Сам Егор относился к подобным украшениям равнодушно, так что просто отмахнулся от них, но, подумав, высказался, глядя, как казак примеряет один из перстней на безымянный палец левой руки:
— Как бы с этой мишуры у тебя проблем не возникло, — тихо проворчал парень, забирая у него бумаги. — Приметные больно.
— Ништо. Знаю, как их сбыть можно, чтобы не узнали, — хитро усмехнулся Архипыч, пряча драгоценности в карман. — Ох, и удачлив ты, барич, — добавил он, окидывая коридор задумчивым взглядом. — Да и сам добычи не чураешься.
— А мне или так, или на паперти милостыню просить. Всю жизнь у родичей на шее сидеть не станешь. А мое имение порушено, а остаток за долги отобрали, — зло усмехнулся Егор, осторожно давая напарнику понять, что готов и дальше решать проблемы подобным образом.