– Спасибо, – шепот срывается с моих губ. – Ты не дал мне упасть.
– О, не стоит.
И правда, не стоило. Но это вежливость. Хотя что-что, а бесчувственная – скорее церемониальная вежливость – не то, что есть или было в наших отношениях когда-либо.
Мы идем, шаг за шагом, по узким тропкам, что ведут в сад за Академией. Я редко здесь бываю, и понятно почему. Этот сад хранит слишком много воспоминаний, слишком много теней прошлого. Когда-то здесь смеялись, клялись, целовались. Мы. Но я стараюсь не думать. Нельзя. Если я позволю себе погрузиться в эти воспоминания — захлебнусь ими, и тогда сил на настоящее уже не останется. Или еще хуже, я не выдержу и начну говорить.
Сад спит, но чутко. Ветер пробегает по кронам, оставляя тихий шелест, словно кто-то перешептывается за моей спиной. Луна висит над нами огромным серебряным блюдцем и серебрит мир, трава блестит от росы, а в воздухе пахнет свободой и дождем. Вдыхаю глубже, и сердце ускоряет свой ритм. Чувствую, как кровь стучит в висках, а ладони слегка потеют. Все, как раньше.
Роб идет рядом. Уверенный, спокойный, будто сам часть этой ночь. Его походка на первый взгляд – легкая, но каждое движение исполнено силы и внутреннего напряжения. И когда он останавливается на полянке в глубине сада, я невольно замираю рядом с ним, чувствуя, как от его присутствия ночь будто становится плотнее. А он так близко. Мне казалось, что время лечит. Оно должно лечить и стирать прошлое, стирать чувства, но не моем случае.
Роберт выпрямляется и тянет руку вперед. Вижу, как в его пальцах рождается свет — приглушенный, мерцающий, словно из самой ночи вырываются крохотные искры. В другой его руке замечаю портальный камень, гладкий, округлый.
Я украдкой смотрю на Роберта. При свете луны его лицо обретает почти мистическую красоту. Резкие линии становятся мягче, но в этой мягкости есть что-то опасное, завораживающее. Его скулы отбрасывают тонкие тени, нос кажется еще прямее, а губы — чуть мрачнее очерченными. Его губы, столько лет бывшие слишком далекие, теперь вот… рядом. Коснись и вернись в прошлое. Темные волосы, чуть растрепанные ночным ветром, блестят тихим лунным светом, и отдельные пряди падают на лоб. Но больше всего завораживают его глаза. Сейчас они глубокие, как сама ночь и светятся изнутри. Это не может быть правдой.
Я не могу оторвать взгляд. В груди горячо и тесно, хочется взвыть и рассмеяться, а потом проснуться и скорее забыть то, каково я себя чувствую рядом с Робертом.
– Я уже создал иллюзорный мир, – голос Роба глубокий, уверенный, и от него по коже пробегает дрожь. Он открывает портал, и пространство перед ним раздвигается, обретая форму светящейся арки. – Поможешь все тут обустроить? Нужен взгляд со стороны.