Воцарилось молчание…
— Пожрать бы сейчас, — мечтательно потянулся всем телом Димон.
— Надо спросить у Митрича, может тут мангал где есть, могли бы шашлычка сварганить, — в той же тональности подхватил я.
«Мал ты еще, амбал двухметровый, со мной в психологические обломы играть!» — возникла в голове насмешливая мысль.
— Может метнусь к нему, как самый малый? А потом могу в магазин за мясом сбегать! — юродствую, хлопая глазами, как вчера с пьехиным «музруком».
— За границей ничего по-русски слушать не будут, — неожиданно произносит Завадский, — а ты пробовал писать на каком-нибудь иностранном языке?
— Да, у меня способности к языкам… уже рифмовал на английском, вполне ничего себе получается… — я вольготно разваливаюсь на кушетке, оставленной, как и вся остальная мебель, прежним хозяином ангара.
— «Ничего себе» — мало, надо «ого-го!», чтобы чего-то добиться за бугром, — Завадский напряженно смотрит на меня.
— У меня получается «ого-го», я просто страдаю скромностью настоящего гения! — я насмешливо улыбаюсь.
Леха хмыкает.
Димон нейтрально молчит.
Завадский встряхивает своими длинными лохмами:
— Спой…
Взгляды всех троих скрещиваются на мне. В них недоверие и…?
Мне по фиг. К этому я тоже был готов.
— МузЫки нет, так што звиняйте хоспода хорошие, буду блеять акапелла!
Я встаю спиной к зрителям и, глядя на солнечные блики балтийской воды, начинаю мурлыкать музыкальное вступление, помогая себе держать мелодию, партией «ударных пальцев» по подоконнику.
Начинаю полушепотом:
Time, it needs time,
Со второй строчки взлетаю голосом почти в полную силу:
To win back your love again,
И снова ухожу почти в «piano»:
I will be there, I will be there,
Love, only love,
И снова голос качелями улетает вверх:
Can bring back your love someday,
И падает вниз:
I will be there, I will be there…
Ничего не выдумываю, «Скорпионс» все сочинили за меня, надо лишь постараться передать, как можно ближе к оригиналу:
" ll fight, babe, I' ll fight,
To win back your love again,
I will be there, I will be there,
Love, only love…
Can break down the walls someday,
I will be there, I will be there…
С непривычки выдыхаюсь и решаю демо-версию на этом прекратить. Со спокойной рожей поворачиваюсь к зрителям и сообщаю:
— Ну вот… как-то так…
«Мамонты» оценку моих воплей на импортном языке ищут на лице Завадского.
Николай слушал сидя и низко наклонив голову, длинные волосы закрыли лицо.
«Все-таки, надо бы ему покороче стричься. Хоть так сейчас и модно, а покороче ему было бы лучше…»
Я не напрягаюсь, если Завадский балладу не оценит, значит или я плохо исполнил, или он дурак. Ничего мир сошел от этой песни с ума один раз, сойдет и еще разок. Но уже в моем исполнении…