Странно такое слышать. Странно, что его беспокоит то, что было, и уже исправлено. Я осторожно кашлянул в кулак:

— Это так, но разве… проблема не пришла к своему логическому завершению?

— О чем вы говорите, дери меня совы⁈

На ветке в моей голове прочирикал тревожный воробушек.

Нагло и насмешливо.

Что-то вроде: «чирик-чирик».

— Хм… я полагал, ваша светлость, что гниль принёс Медоус. Он сидел в Айурэ, поддерживал её существование своей силой, слабел, но уничтожал цветы. Именно по этой причине учёные и ботаники не могли справиться с напастью. Но теперь Медоус мёртв, и я искренне считал, что беда миновала Каскады.

— Гниль не ушла.

Если в вас когда-нибудь била молния (и вы случайно выжили), то примерно понимаете, какой был эффект от этой фразы. В меня, без всякой жалости, угодил этот самый заряд и поджарил все мои светлые мысли и тайные надежды, что Оделия погибла не зря.

Она убила эту проклятую гадину из Ила, но не добилась спасения Айурэ. Лишь отсрочила его гибель.

Проклятье. Стоило бы пролить слёзы, но кажется я давно уже не умею плакать, теряя тех, кто мне дорог и то, что дорого им.

Задавать ему вопрос вроде «вы уверены?» или «быть может это какая-то ошибка?» означает навеки прослыть глупцом. Поэтому я спросил:

— Все также плохо, как и прежде?

— Головастые говорят, что скорость распространения снизилась. Если решение не будет найдено, то всё закончится к началу следующего года.

Ну не два месяца, как пророчил Тим Клеве, но всё равно хорошего мало.

— Гниль поддерживал Медоус. Если он мёртв, то… кто ещё есть в городе?

— Не имею ни малейшего понятия. Вряд ли к нам пробралась пара Светозарных, это перебор даже для них. Подозреваю, что мы пожинаем остаточные явления чужой магии, но, конечно же, не готов поручиться, ибо не являюсь специалистом. В любом случае, с этим разбираться буду не я, — он неожиданно протянул мне руку. — Надеюсь, мы останемся добрыми знакомыми, риттер Люнгенкраут. А теперь вынужден откланяться, надо переворошить один из собственных полков. На удачу или на беду, это уж как Рут решит.

— У нас есть чудесный бальный зал, — сказала Ида.

— Вот как? — мой «энтузиазм» был доволен показателен. — Не могу отказать ритессе в танце, раз она просит. Просто предупреждаю, что я не танцевал лет пять и мои навыки далеки от идеальных. Боюсь, если твой отец увидит, как я двигаюсь, он выгонит меня, чтобы я не позорил ваш Дом.

— Резонный аргумент. И моя репутация пострадает от общения с таким риттером, — она сделала вид, что задумалась, взвешивая на весах все риски. — Тогда отложим танец для лучших времён. Оправданием нам будет служить, что сегодня нет музыкантов. Но обещай, что когда-нибудь ты пойдёшь со мной туда, и первый круг обязательно будет моим.