Я понял, что она говорит о Медоусе.

— Да ну? — ничего умнее я придумать не смог.

Она втянула ноздрями воздух:

— Слухи ходят. Думаешь, отчего я здесь? Ну и самое важное, родной. — Её пальцы, удивительно тёплые, провели по моей небритой щеке с насмешливой нежностью. — Говорят, Осенний Костёр обратила на тебя внимание после всех событий с полями солнцесветов. Мол, ты умудрился нарушить её планы. Такой маленький выродок растоптал такой хороший аппетитный план.

— Разве твой господин не принял в нём участия? Он тоже зол на меня?

— Хм… — я удостоился внимательного взгляда, затем улыбки и она, словно не услышав вопросов, проворковала: — Долби меня дятлы, а я понимаю Ваэлинт! Твоя кровь не могла её не соблазнить. Ты, маленький выродок, для Костра, точно аромат аденской ночной розы для моего господина. Ну, как устоять перед этими пленительными зелёными глазами? Даже моё сердце стало биться чаще.

Неприятный смех, шуршание полосок плаща, стальные пальцы взяли мою ладонь, прижали к острым выступающим рёбрам.

— Чувствуешь?

Она издевалась, хотелось отдёрнуть руку, было неприятно, но я сдержался. Во-первых, это не особо вежливо, даже если с тобой столь бесцеремонны. Во-вторых, ненароком обидеть суани, вещь несколько… рискованная.

Пальцы разжались, отпуская.

— Ты обречён, маленький выродок. Хоть сам и не знаешь об этом, — в голосе Тигги слышалась печаль. — Ведь не знаешь?

Я большую часть жизни обречён. Хотя бы потому, что прихожу в Ил раз за разом. Так что не то что бы она смогла меня испугать.

— На тебе метка Осеннего Костра. Вот здесь, — Тигги коснулась своих губ. — Сладок был поцелуй, родной? Теперь его не смоешь.

Я про себя проклял своё любопытство, несчастного ботаника, череду снов, преследовавших меня.

— Мы не встречались со Светозарной.

— Ну, раз ты так считаешь… Это не обязательно, — рассмеялась суани. — Главное, результат. Ты её собственность. Она заинтересована в тебе.

К павлинам, совам и воробушкам такой интерес от женщины, пускай она раньше и считалась самой прекрасной на свете.

— Точно не смою?

— Ну… — протянула Тигги игриво. — Если найдётся более красивая колдунья, которая сможет наградить тебя новым поцелуем, и ты очень хорошо попросишь…

Она подмигнула мне, намекая, кто тут «более красивая колдунья», но тут же стала серьёзной и с её лица пропало всякое благодушие:

— Магия Кобальта. Личная метка. Не задавай глупых вопросов. На тебе тавро[1]. Ну, знаешь, вроде «он мой» или «руки прочь». Кому надо, тот увидит.

— А кому надо?

— Ну, например моему хозяину. Поэтому я так с тобой любезна, как там тебя… Раус.