Не было времени бежать за Вампиром. Не было времени ни на что. Даже чтобы успеть. Я понимал это, но всё равно спешил.

Не очень помню, как очутился на улице, увидел распахнутую дверь в цветочный магазин, горящую там свечу, услышал счастливый смех Элфи.

Когда я был на пороге, Рейн ударил Элфи кулаком в висок, и она беззвучно упала на пол.

— Попалась! — сказал мой брат голосом Личинки и его глаза помутнели, став цвета яичного желтка. — Пора платить, Люнгенкраут.

Я кинулся к ней, и внезапно произошло то, что случилось, когда нас увидел Кровохлёб. Меня приподняло над землёй и потащило мимо ваз с благоухающими цветами, к человеку, сидящему на табурете, под которым ютилась седьмая дочь. Вокруг него, прямо на полу, распускались аденские розы. Мужчина лет тридцати, с очень светлыми бровями и зачёсанными назад, более тёмными волосами, вихрастыми волнами спадающими на плечи. Я успел подумать, о том, что разгадка нашлась: вот по чьему приказу была повреждена крыша, и это сделала седьмая тварь.

Улыбчивый, аккуратно одетый продавец цветов перекатил руну за щёку.

— Здравствуй, выродок, — он смотрел без злобы и издёвки. Возможно даже с уважением. — Позволь сказать, что я впечатлён. Нет. Даже потрясён. Поверить не мог, пока не увидел глазами… хм… глазом Тигги. Приручить Птицу. Такого не смог сделать никто из нас, даже твой предок. А у тебя вышло. Ах уж эти бедные, наивные птенцы, считают семьёй того, кого увидят первым после рождения. Очень умный ход, выродок.

— Отпусти её.

— Нет. Что ты. Как я могу, — он подался вперёд, произнеся доверительным шёпотом. — По правде говоря, она мне и даром не нужна, но я оказываю услугу. Да-да. Именно так. Мой друг первым понял, кто она такая. Когтеточка бы не узнал, потому что родную кровь ему не почувствовать, но вот все мы ощущаем его силу. Она есть и в твоей крови, выродок, но нет ни капли в крови девчонки, хотя ты утверждал, что вы родственники. Очень похожи внешне, однако ничего общего в фамильной силе.

Человек щёлкнул пальцами, как видно от восторга, что разгадал загадку:

— Магия Птиц — её не чувствуют колдуны. Облик Птицы никак не проверить. В моё время это стало настоящей головной болью — их превращения. Поди пойми, кто перед тобой — союзник или пернатая тварь. Тут они уделывали даже Честного Лорда. Но мой друг стал подозревать, хотя я и утверждал, что это нелепость. Пришлось освободить Личинку, чтобы спросить у неё. Она-то, в отличие от нас, видит такое сразу. Да?

— Мы заключили сделку! — теперь та совсем не была похожа на моего брата. Жалкая слепая старуха в зелёной шали.