— Вы, риттер, даже не понимаете, какое сокровище в ваших руках. Не оцениваете то, что может вырасти из этой прекрасной девочки. Не разрушайте её мир. Не ломайте его. Дайте ей расти и быть той, кем она хочет быть. Идти шаг за шагом к своим годам, не прыгая через них. Вы готовите её к трудностям, но ко всем бедам нашего мира нельзя никого подготовить. Можно только заставить споткнуться и бояться шагать дальше. Сейчас важное время и вам надо быть рядом с ней.…Она очень напоминает меня в молодости.

— Да?

— Я тоже была восторженна, ранима, полна надежд и любви, риттер. Обстоятельства и люди вокруг разбили многое из прекрасного, что было во мне. Пробудили зверя. Он есть в каждом из нас, полагаю, вы понимаете, о чём я.

Пришлось кивнуть. Прекрасно понимаю.

— Я стала калекой, риттер. Злобным существом, на глаза которого надели шоры. Казалось, это длилось вечно, мои раны причиняли мне боль, делали ещё более опасной, ещё дальше от… выздоровления.

— Что помогло тебе?

Она усмехнулась:

— Один деревенский дурачок. Он стал тем камешком, что, покатившись с горы, устроил настоящий обвал моей чёрной реальности. Ну и добрые люди вокруг, хотя я не ждала от них доброты. Чужая любовь. Вера в то, что она существует. Многие вещи лечили меня риттер. Но зверь — он никуда не делся. Живёт в клетке, которую я создала у себя в сердце, и порой мне требуется много сил, чтобы не выпускать его. Не становиться собой из прошлого, когда ярость плавит прутья. Не дайте девочке пасть во тьму, как это случилось со мной когда-то. Мало не покажется никому. У Элфи гораздо больше шансов вырасти в свете, чем было у меня. Ведь у неё есть вы. И даже ваша колдунья.

— И ты.

— И я, — соглашаясь, кивнула Тиа, посмотрела на букет из роз, который Ретар поставил в вазу. — Сохраните в девочке солнце. Хорошего дня, риттер.

Я провёл рукой по стволу древа, приветствуя его. Если не считать чёрной копоти на коре, оно пережило атаку без последствий. Под ногами хрустело стекло, с того момента не нашлось времени здесь убраться. За древом, в самом углу оранжереи располагалась небольшая кованая лестница, тремя секциями поднимающаяся к люку в стеклянной крыше и прямоугольной стальной площадке на ней.

Во второй день первого месяца осени погода стояла столь же пасмурная, как и всю прошлую неделю, но было очень тепло и ветер, живущий среди крыш, шпилей, коньков, печных и водосточных труб, флюгеров, карнизов, черепицы и враньих горгулий, стал похож на сонного приятеля, желавшего лишь чтобы его не тревожили и дали выспаться после нескольких дней кутежа.