— Ришт, когда вернётся, будет удивлён, где его работник. Этот парень опасен — я не успела опомниться, как купила у него то, что не предполагала. И вот я уже с розами. Скажи, я похожа на ту, что любит розы⁈

— Конечно же, нет.

— И что с ними делать?

Ретар придирчиво изучил букет на вытянутой руке:

— По-моему они красивые. Пусть стоят, раз уж купила.

— Только подальше от моей кухни, — приняла она тяжёлое решение и посмотрела на меня. — Добрый день, риттер.

— Здравствуй, — я сделал осторожный глоток. — Спасибо, что вчера пришла на кладбище.

Она чуть свела брови, затем её лицо разгладилось, словно она приняла решение:

— Любимый. Будь добр, мне…

Ретар кинул в высокий стакан три кубика льда, затем налил туда чёрного чая, настоянного на лимоне, мяте, бадьяне и мускатном орехе.

— Девочке требовалась поддержка. Иногда достаточно быть рядом, чтобы горе другого стало капельку меньше. А чем больше людей вокруг, тем меньше горе, если его по чуть-чуть возьмёт себе каждый.

— Я ценю, что ты для неё делаешь.

Она сделала большой глоток, словно собираясь с мыслями:

— Вчера я сказала ей, что смерть это лишь начало. Иногда после смерти — есть продолжение. Что-то новое.

Я подумал о себе и древе, отметив, что Тиа даже не подозревает, насколько права.

— Ты веришь в это?

— Я знаю это, риттер, — веско ответила мне аденка. — Порой людям дают шансы силы, которые мы называем богами.

Я вздохнул:

— Наверное очень определённым людям.

Она сверкнула глазами, мне показалось, что гася раздражение, и произнесла очень веско:

— Конечно, риттер. Боги не могут дарить каждому бессмертие, брать за руку и вытаскивать из всех передряг. Большинство людей уходят навсегда. Но девочке не обязательно говорить об этом.

— Девочка достаточно умна, чтобы понимать очевидные вещи.

Вздох. Глоток ароматного чая:

— Клянусь ветром, вы правы. Но порой, в такие тяжёлые времена, когда боль утраты сильна, даже умные девочки предпочитают позволить обмануть себя. Пусть на время. Вы никогда не думали об этом, риттер?

Я, и правда, не думал.

— Спасибо.

Она знала, за что я её благодарю, и кивнула с достоинством королевы.

— Она слишком мала, вы же понимаете это, риттер? Мала ходить в Ил, мала видеть смерти вокруг себя. Вы, пускай того и не желая, разрушите её.

Я хмыкнул:

— Найди для меня решение. Время убегает, она взрослеет и ей придётся быть готовой к смертям вокруг себя. К Илу. К потерям. Ко взрослой жизни. Я хочу сделать хоть что-то для неё, если меня не станет. Чтобы она могла летать, а не упасть и не разбиться о камни.

Аденка печально цокнула языком, допила свой чай, покрутила стаканом, так, что лёд постучал о стенки.