— Сейчас сделаю.

Я вышел на улицу и кивнул владельцу заведения, как всегда сидящему за столиком, где разложены овощи, в основном морковь и редис. Они были сдвинуты на один край, на другом же раскрыта доска с алыми и чёрными фишками для игры в «Жуки и земляника». Простая, детская и быстрая игра, довольно популярная в небогатых районах, хорошо тренирующая логику.

— Желаешь присоединиться? — спросил он у меня, указывая на доску.

Я глянул на экипаж, уже ожидающий нас, подумал, что Элфи ещё несколько минут не появится.

— Есть время на пару партий.

— По сове?

— По воробью.

— Риттер сегодня экономит?

— Риттер предпочитает тратить деньги более разумным способом.

Он печально вздохнул, говоря тем самым, что подобный недуг ничем не вылечить. В следующие пять минут я вчистую проиграл восемь партий, не добравшись даже до середины поля и потеряв большую часть фишек.

— Сказал бы, что ты жульничаешь, если бы здесь можно было жульничать, — я поднял руки. — Признаю твоё величие.

— Элфи выиграла у меня дважды.

— Ну, она умная девочка.

— Внимательная, скорее всего. Твои мысли слишком далеко от игры.

— Не скромничай. С той скоростью, что ты двигаешь фишки, мог бы обыграть и богов.

Он усмехнулся:

— У богов иные игры.

— Интересно узнать, какие.

Владелец таверны задумался на мгновение:

— Более сложные и… сложные. Когда они играют друг с другом, то на кон ставится многое. Вплоть до миров. Так случилось здесь, когда Одноликая, уставшая от своего мира, проигравшая игру, пришла сюда и, начав новую партию, смогла обыграть Сытого Птаха.

— Интересная трактовка событий. Полагаю, с тобой не согласятся в соборе, всем же известно, что Рут сражалась с Птахом в тяжёлой битве.

— Ну, игры богов часто тяжелы, но для победы необязательно бить друг друга секирами по шлемам. Иногда можно пойти и более неочевидными путями.

— Смотрю, ты в этом эксперт.

Он пожал плечами, ответив с небрежной иронией человека, любящего травить байки:

— Понабрался опыта то тут, то там. Люди разное рассказывают, а я парень доверчивый. Ещё?

— Нет, пожалуй.

Он принял мой отказ как должное, начал расставлять фишки, собираясь снова играть с самим собой.

— Кстати… — у меня возникла внезапная идея. — Что было ставкой Одноликой? Если Сытый Птах поставил свой мир, на что играла гостья? Раз собственный мир она потеряла.

— Хороший вопрос. Очень хороший вопрос, Раус, — он с одобрением кивнул. — Говорят, она играла на тени, что провели её сюда.

— Поставила воронов?

— Говорят… — он развёл руками, затем склонился над доской, пробормотав: — Если ты не собираешься начать партию, то не отвлекай меня, иначе я сам себе продую.