— Предельно.

Хлопки по нашим плечам:

— Вот и умницы. А теперь заткнитесь, мне надо поговорить с друзьями. Они мне уже все уши прожужжали. Вот, — Тигги достала из-под плаща палочку. — Будьте хорошими детками, поиграйте с собачкой.

«Собачкой» выступала седьмая дочь, подкравшаяся довольно близко и теперь волком глядевшая на палку в моих руках. В собачку она желала играть примерно также, как и мы.

— Может быть риттер даст мяса? — пропела она. — Вкусного мяса. Своего мяса.

Я швырнул в неё палку, попал и она, взвизгнув, отпрыгнула, зашипела, пуча глаза. Тигги, ругаясь с невидимыми собеседниками, даже не обратила на это внимания. Потом она заплакала и рыдания сотрясали её добрых пять минут, перемежаясь стонами и бесконечным потоком слов на квелла и росском.

Затем стала бить кулаком по полу, разбив костяшки в кровь, отчего в упавших каплях вновь стали прорастать стекленеющие первоцветы. Ида наблюдала за этим как кошка, оказавшаяся в шаге от опасности и не способная убежать.

— Мне пора, — наконец буркнула Тигги, горбясь, пряча пораненную руку под плащ. Она даже не обернулась. — Этот вьитини служил Колыхателю Пучины. Скоро его братья и сестры придут проверить, что здесь случилось. Лучше бы вам убраться до их прихода.

Это долговязое страшилище потопало прочь, но я окликнул её:

— Постой! Помоги нам вернуться в Айурэ!

— Что? — голова повернулась вполоборота, так, что теперь на нас смотрела чёрная глазница.

— Это Печь, до Шельфа мы будем добираться неделями. Разве не выгодно Рабу, чтобы мы были в городе, если Осенний Костёр сделает свой ход?

— «Мы»? Маленькая сестра вообще никому не интересна. Хм… — она призадумалась. — А, кстати говоря, как ты здесь вообще оказался выродок?

— Через портал, который мне был не подвластен. Случайно. Верни нас в город.

Она обозлилась:

— Не смей мной командовать, племя Хонишблума! Я тебе не лошадь! И моим порталом ты не пройдешь, сдохнешь на половине пути.

— Быть может, ты поможешь найти ближайшие врата кладбища Храбрых людей? — попробовала предложить подходящий вариант Ида.

— Ближайшие, которые работают, в тысяче лиг отсюда. Я сдохну от скуки, пока доведу столь хрупких творений до них, — голубой глаз полыхнул зловещим угольком. — А точнее сама вас прибью, несмотря на метку Костра и приказ Раба Ароматов. Лучше вам быть со мной как можно меньше и от меня как можно дальше.

Ну, что же. Трезвая оценка своего безумного состояния — шаг к выздоровлению. Но это совсем не точно, если речь идёт о существах, давно растерявших многое из своей человечности.

— Я пошла, — она махнула рукой. — Ещё увидимся. Хотите домой, отправляйтесь в мастерскую, там имелись останки экспериментов Мастера Ламп по муравьиным львам. Несколько ещё ведут в Айурэ. Доберетесь до них за сутки, если не будете спать. А если будете, то придумайте, что сказать Колыхателю Пучины. Людей он обычно превращает в живых покойников. Не советую с ним встречаться, особенно после того, как он потерял слугу. Так что делайте ножками шажок за шажком и перебирайте ими побыстрее. Эй, ко мне. Хороший пёсик. Гав-гав. Да заткнитесь вы уже, безголосые твари!