И она ушла, только ало-зелёные ленты взметнулись на прощанье.

В мастерской шелестел всё тот же голодный ветер, высасывающий из колдуньи её и без того серьёзно потраченные силы, лишая её возможности двигаться быстрее. Рука Иды, я замечал это, болела всё сильнее. И, не слушая возражений колдуньи, подхватил её и понёс, машинально считая шаги. Сотня за сотней, всё ниже и ниже, уходя в глубину, где в грубых каменных цехах ещё до сих пор не остыли домны, а расплавленный металл в чанах из опаловых пластин, слыша чужаков, волновался рябью и начинал тянуться за нами, поднимая вверх горячие, ало-жёлтые отростки.

Когда Ида стала стонать после каждого пройденного мною фута, я понял, что придётся остановиться, как бы нас ни предупреждала Тигги.

— Нужен отдых.

— Нет, — её лицо было бледным, пот выступил на лбу. — Если останемся, ветер выдует из меня остатки сектора, и я не смогу управлять порталом.

— Его ещё надо найти. Я же вижу, что тебя мучает рука.

— Но ноги не рука, они могут идти. Спасибо, что нёс меня, теперь я сама.

К концу следующего часа мы оказались под вертикальной шахтой, той самой, в которой в хаотическом беспорядке метались грандиозные маятники. Тени то и дело накрывали нас, проносились мимо, скользя по заросшим растениями стенам, чтобы вернуться через мгновение. Здесь у наших тел был другой вес, гораздо легче — и пол, казалось, едва удерживал нас. Я опасался подскочить слишком высоко и получить по затылку проносящимися над головой конструкциями.

— Вот, — Ида, прижимая раненую руку к боку, показала в сторону, где за висячими зарослями распустившихся желтоватых цветов, гирляндами скрывающими проход, виднелось что-то остроконечное. — Кажется, здесь.

Это и вправду напоминало рога муравьиных львов — витые, закрученные спиралью, но не ярко-алые, а тускло-серые и миниатюрные, по сравнению с оригиналом в Шестнадцатом андерите: каждый ниже меня, словно кто-то остановил их рост. Все разной формы, непохожие друг на друга: уже или шире…

Их было гораздо больше двадцати, наверное, с четыре десятка, часть из них столь плотно обросли побегами, что скорее угадывались, чем виделись. Из тех, что находились перед нами, восемь выглядели… немного иначе. Чёрные, заросшие странными колючками, на которых распускались бордовые цветочки. Порталы переродились в растения.

— Эти использованы и мертвы, — сказала Ида. — Как удивительно. У них концепция врат кладбища Храбрых людей. Почти такие же принципы в структуре. А ещё некоторые из них не одноразовые.

— Ты понимаешь, как ими пользоваться?

— Пойму, — ответила она уверенно. — Главное, чтобы холод нас не убил. Так-то всё довольно просто — касаешься руны, перекачиваешь силу солнцесвета в портал, и он просыпается. Надеюсь, остатков цветка хватит.