— Может быть… — с непонятной мне интонацией проговорил Джон, — Каким ты видишь дальнейшую судьбу Вестероса?
— Ммм? — какие неожиданные вопросы пошли.
— Последние двадцать лет показали несостоятельность Баратеонов удержать власть в Семи королевствах. После смерти узурпатора Роберта…
— Короля Роберта, — не вшивому изгнаннику коверкать память о друге, — Следи за языком, иначе вырежу.
— … Роберта Баратеона, страна погрузилась в хаос, которого эти земли никогда не видели. Ни завоевание Эйгона, ни Танец Драконов, ни любое восстание Блэкфайра, ничего не несло такой катастрофы. Лорды вцепились друг другу в глотки, и постоянно циркулирующая между ними ненависть не позволит сесть за стол переговоров, пока не станет поздно.
В чем-то он прав и скорее всего мы скатимся обратно в до Завоевательный период, когда каждый сам себе король. Именно поэтому я так стремился сделать Долину самодостаточной, чтобы если бы ситуация с разделением произошла, то для моего региона это было бы максимально безболезненно. Мне бы понравились такие речи от любого другого человека, но не от Старого Грифа. Джон Коннингтон — верная сучка сдохшего Серебряного принца, и скорее всего будет пытаться подбить меня присягнуть либо Визерису, либо Рейнис, обещая все блага мира.
На его несчастье, что с первым, что со второй, я опосредствованно знаком. Один — истеричка без капли самоконтроля, другая — бестолочь, неспособная захватить один единственный замок. За такими идти — себя не уважать. Рискнул бы предположить, что Золотые мечи плывут в Вестерос не для помощи Ланнистерам, а для своих дел, не зря же Коннингтон трется в их рядах.
— Это всё трагично, — нет, мне плевать, — Я даже в септе помолюсь за упокой душ всех несчастных, но зачем ты об этом мне говоришь?
— Что, если у Вестероса будет лучший шанс, если хотя бы раз в истории Семь королевств возглавит благородный муж? — Визерис, значит.
— Психованный мальчишка, что привел дотракийцев в Вестерос — это лучший шанс?! Если он «последняя надежда», то нам лучше сразу же сброситься со скалы.
— Визерис?! Боги, нет! — опроверг мои предположения Гриф, — Я представляю интересы Эйгона Таргариена, законного сына принца Рейгара и принцессы Элии Мартелл. Того, кто раньше ходил под прозвищем Юный Гриф! Того, с кем ты шел в бой против наемников, дотраков и безупречных! Того, кто взывает к тебе, как к своему другу и наставнику! Эйгон просит твоей помощи.
«…Пекло…»
***
Поздняя осень. Если раньше только мейстеры да лорды знали о ее приходе, то теперь и простой люд стал принимать этот неприятный факт. Сложно не заметить: вокруг прохладно и сыро, над землей стелется легкий туман, тучи низко висят над Королевской гаванью серым полотном, под ногами лужи, деревья стоят голые, с черными от влаги стволами и ветками, лишь кое-где трепещутся на ветру одинокие сухие листочки. По ночам ударяют первые заморозки, и утром лужи на дорогах покрываются тонким слоем льда.