— Значит, дотракийцы? — Коннингтон пытался говорить об этом безэмоционально, но от опытного торговца не укрылась его ярость.
— Да, — подтвердил торговец сыром, — Принц Визерис считает, что сейчас «самое время для возвращения Таргариенов». Ему была нужна армия, но поскольку у него не самая лучшая репутация, никто не захотел поставить все ради бесперспективного дела. Но в итоге «союзник» нашелся — кхал Дрого. Сорок тысяч дотракийских крикунов взамен на принцессу драконов.
— Но отдавать за варвара принцессу дома драконов… — Джон поражался идеей Визериса.
— Видимо, монетка принца упала не той стороной, — магистр констатировал факт.
Однажды Джехейрис Таргариен сказал, что безумие и величие — это две стороны одной монеты. Каждый раз, когда рождается новый Таргариен, боги подбрасывают монетку, и весь мир, затаив дыхание, следит, какой стороной она ляжет. Время доказало мудрость Старого Короля, не было посредственных Таргариенов, каждый внес свою лепту в историю. К добру или худу, неважно.
— Мы не можем помешать этому? — задал резонный вопрос старый Гриф, — Считалось, что Дейнерис станет женой Эйгону.
— Можем, но я боюсь, что это может навредить нашему делу. Сейчас в Вестеросе разразилась война. Львы, Волки, Олени сцепились друг с другом, но их объединяет одно — ненависть к дому Дракона. Друг мой, иногда надо пожертвовать малым ради важного. Визерис и дотракийцы станут отличным отвлечением всех сил от Эйгона, — слова магистра заставили глубоко задуматься Коннингтона.
— Ладно, — гриф был недоволен, — Что же насчет Дорна и принцессы Рейнис?
— Дорн как всегда молчит. Правда, теперь по Солнечному Копью в отрытую ходит принцесса Рейнис, — эту информацию было нелегко достать, Доран как с цепи сорвался и истребил почти всех шпионов в своей вотчине.
— Они поддержат нас? — если к Эйгону присоединится Дорн, то реставрация пройдет значительно легче.
— Неизвестно, Дорн сомневается в легитимности Эйгона. Даже заверения Рейнис не помогают.
— Пеклов трус! Скоро настанет идеальное время. Враги пустят друг другу кровь, и не будет яркого победителя. Лорды пойдут за наибольшей силой, и это силой будет Эйгон. Пришло время действовать.
— Я полностью согласен с тобой. Сколько сейчас Золотых Мечей? — магистр знает, но небольшая проверка на вшивость никогда не повредит.
— Семнадцать тысяч.
— Так мало, — и его возмущение можно понять, он сильно вложился в расширение отряда и рассчитывал на двадцать тысяч минимум.
— Золотые Мечи станут ядром армии Эйгона. Солдаты должны быть элитой, с качественными доспехами и навыками, иначе ничего не получится, — пояснил Джон, — Сейчас надо закупать провизию, готовить солдат, корабли, мечи и щиты. Через полгода-год мы вернем то, что принадлежит моему королю, — непоколебимым голосом постановил Старый Гриф, и Мопатис был с ним согласен.