— Вице-адмирал Дениц, вы показали себя хорошим организатором работы наших подводных сил.

Все взгляды скрестились на уже не молодом, худощавом адмирале подводнике. Сам Карл Денниц с достоинством кивнул в ответ на обращение.

— Если нет возражений, Вы с этой минуты главком Кригсмарине. Прошу завтра утром предоставить мне кандидатуру начальника штаба. Ваши предложения по кадрам. Мне нужен толковый адмирал, смелый грамотный моряк, способный не опозорить Германию в операции «Красный прибой».

— Вильгельм Маршалл, геноссе канцлер, — соображал Дениц быстро.

— Тот самый Маршалл, которого Редер задвинул ради своего любимчика Лютьенса?

— Да. Во втором сражении за Фарерский барьер его линкоры потопили «Рипалс».

— Вы гросс-адмирал, Вам решать. Меня кандидатура устраивает. Сроки и план операции согласовываете с русскими. Ориентировочно, начало ноября. Я не намерен терпеть налеты на Берлин и Рур до весны. Начальника штаба назначите сами.

Совещание вошло в нормальное рабочее русло. Карл Редер решивший ковать железо пока горячо сходу предложил разорвать порочный круг и подчинить Морское Бюро командованию Кригсмарине.

Неожиданно с интересным предложением выступил вождь НСДАП. Отто Штрассер до этого момента молча черкал в блокноте, делал пометки. Теперь он поднялся и попросил минуту внимания.

— Сложившаяся ситуация вызывает озабоченность партийных органов. Вопиюще наплевательское отношение командования флота к моральному уровню личного состава, ошибки командиров эскадр и отрядов требуют срочно усилить флот стойкими верными нации беспощадными к врагам империи офицерами и политическими наставниками.

— Отто, засунь себе в задницу своих наставников, — канцлер резко оборвал брата.

— Ситуация того требует.

— В задницу, — повторил Грегор Штрассер. — Лучше усиль контроль за своими гауляйтерами. Мне опять докладывают о воровстве и идиотских выходках «лучших из лучших».

У централизованных социалистических систем есть свои преимущества. Жесткая вертикаль власти обеспечивает быстрое прохождение управляющих сигналов сверху вниз. Увы, она же ограничивает обратную связь и рубит частную инициативу, здоровую предпринимательскую деятельность. Концентрация ресурсов зачастую оборачивается их бездарным использованием.

Монополизация идеологии и сращивание единой и самой народной партии со структурой власти ускоряла карьерные лифты, но она же поднимала на самый верх людей идеологически выверенных, но должной квалификацией и прочими талантами обделенных. Осенью 40-го года в разгар войны вдруг выяснилось, что радужные доклады, бодрые рапорты о состоянии промышленности во многом опирались на желание казаться, а не быть. Другими словами, не все благополучно в Германской империи. Хуже всего, сигналы были, с мест временами кричали, но глас вопиющего заглушали гимны и марши.