В гостиной потрескивал камин. Артем сидел в кресле напротив огня и смотрел на языки пламени. Я хотела устроиться в соседнем кресле, но едва подошла ближе, как он перехватил меня за руку и потянул к себе.
Не успела даже возмутиться, как оказалась у него на коленях.
— Артем...
— Что?
— Ты невозможный.
— Знаю.
Его ладонь медленно скользнула по моей ноге. По бедру. Поднялась выше. Я почувствовала, как внутри снова начинает разгораться знакомый огонь. Он коснулся рукой моего затылка и притянул к себе. Сначала поцелуй был мягким. Почти осторожным. Но длилось это недолго. Очень недолго. Я сама первой перестала соблюдать дистанцию. Запустила пальцы в его волосы. Прижалась ближе.
Его губы стали требовательнее. Его губы стали требовательнее, руки — крепче, а дыхание — тяжелее. От каждого поцелуя по телу пробегала дрожь. Его ладони медленно скользили по моей спине, осторожно избавляя меня от одежды. Когда его губы коснулись моей шеи, я невольно запрокинула голову назад, и с губ сорвался тихий стон.
Одной рукой он удерживал меня рядом с собой, другой ласкал мою грудь, продолжая покрывать поцелуями шею и плечи. Его прикосновения становились всё настойчивее, а я чувствовала, как теряю способность здраво мыслить, растворяясь в ощущениях.
Я слышала его сбившееся дыхание и своё собственное, чувствовала, как между нами исчезают последние границы. Мир вокруг словно перестал существовать, оставив только тепло его рук, близость и это безумное притяжение.
Я отвечала на каждое движение, тянулась навстречу, не в силах сопротивляться тому вихрю эмоций, который захлестнул нас обоих. Всё происходило стремительно, словно мы пытались наверстать время, которое потеряли.
В какой-то момент напряжение стало невыносимым. Меня накрыла горячая волна, заставившая на мгновение забыть обо всём. Следом раздался его приглушённый стон, и мы оба, обессиленные, замерли, пытаясь восстановить дыхание.
Мир вокруг постепенно растворился. Остался только треск дров в камине, тепло его рук и ощущение, что рядом с этим мужчиной мне слишком хорошо для человека, который собирался сбежать.
Поздно ночью я проснулась от завываний ветра за окном. Камин почти догорел.
Комнату освещали только редкие отблески углей. На мне лежала тяжёлая рука Артема, а его нога была закинута поверх моей. Мы были укрыты большим мягким пледом. Я улыбнулась. Странно. Так спокойно я не чувствовала себя уже очень давно.
Хотя где-то внутри всё ещё ворчал маленький внутренний голос, настойчиво напоминавший, что всё происходящее неправильно.
Есть хотелось ужасно и пить тоже.