— Неужели? Пора уже выучить, Адриан, что у меня всегда есть… Как вы говорите, смертные? Туз в рукаве.

Воздух вокруг титана задрожал. Его форма начала меняться, расплываться, словно отражение на воде. Седые волосы потемнели, морщины разгладились, широкие плечи сузились одно за другим. Через несколько секунд перед нами предстал мужчина, нет, шестнадцатилетний подросток с тёмными взъерошенными волосами и голубыми глазами. Моими глазами. И моим лицом, только моложе и чище, без шрамов и бороды. Перед нами в цепях стоял настоящий Адриан Лекс — сын Аида и Персефоны.

Его губы зашевелились.

— Где… Где я?

Персефона ахнула, прижав руку ко рту. Аид окаменел, его челюсть напряглась так сильно, что я услышал скрип зубов.

Голубые глаза снова сменила черная пленка. Титан рассмеялся, наслаждаясь их мукой.

— Что, больно видеть настоящего сына? — он покачал головой с притворным сочувствием. — Как я и сказал Аиду: бросите меня обратно в Тартар — обречёте на те же страдания и его. Вашего. Мальчика. — Взгляд черноглазого юноши остановился на мне. — Хотя чего уж там. У вас всегда есть подделка.

Тени вокруг изумленно переводили взгляд с меня на реального Адриана и обратно, но я смотрел только на мать.

— Я… — начал я, но Персефона подняла руку, останавливая меня.

Она сделала шаг вперёд, глядя титану прямо в глаза.

— Ты думаешь, я не знала?

Кронос моргнул в замешательстве. Аид удивленно нахмурился.

— Перс?

— Ты знала? — выдавил я, вслед за Аидом.

Персефона повернулась ко мне и вздохнула. В её глазах плескалась печаль.

— Адри, конечно, я самого начала знала, что ты не мой сын. — Она грустно рассмеялась. — Неужели ты думал, что мать может спутать собственного ребёнка? Ты говоришь, думаешь и ведешь себя совершенно иначе.

— Но… почему тогда… — слова застряли в горле.

— Потому что тебе нужен был родитель, — мягко сказала она. — Потому что ты был потерян, одинок, брошен в чужом мире. И потому что… — её голос дрогнул. — Потому что я надеялась. Глупо, наивно надеялась, что мой мальчик тоже где-то в тебе. И что он тоже что-то почувствует.

Она снова повернулась к Кроносу, и её взгляд стал твёрдым как сталь.

— Но я и подумать не могла, что ты опустишься столь низко. Забрать душу ребёнка себе, использовать его тело как марионетку…

— Война требует жертв, — пожал плечами титан.

Персефона гордо выпрямилась.

— Жертв? Если тебе нужна жертва, забери мое тело. Отдай мне сына, а я стану твоим вместилищем.

Я вздрогнул.

— Ну уж дудки!

— Никогда! — прокричал Аид вместе со мной. Он шагнул вперёд. — Ты отправляешься в Тартар, отец, с этим ничего не поделать. Но я могу пойти с тобой. Отпусти ребенка, и ты сможешь вечность наслаждаться моими мучениями.