Кронос расхохотался — молодым, звонким смехом, который так не подходил древнему титану.

— Как благородно! Трогательно! Но нет. — В его голосе мелькнул лед. — Вы хотите обмен? Что ж. Ладно. Я согласен. Но если мне придется вернуться в Тартар, то не в ваших телах.

Его взгляд остановился на мне.

— Нет! — Персефона загородила меня от титана. — Даже не думай! Я тебе его не отдам! Аид, скажи ему!

Аид посмотрел на меня, потом на Кроноса и глухо ответил:

— Так не пойдет, отец. Его ты не получишь.

Я понимал, о чем бог сейчас думает. Мое тело, усиленное Властью и силой Ахилла, стало бы идеальным сосудом для духа титана. Вселившись в меня, Кронос получал контроль над силой Аида, что в теории позволяло ему приказывать мертвым и этим обойти даже Царицу. Не говоря уже о том, что я обладал последним осколком его души, и потому только я мешал его гениальному плану по возвращению в Золотой Век.

Короче говоря, с какой стороны ни смотри, это была очень хреновая сделка.

Я глубоко вздохнул.

— Хорошо. Я согласен.

— ЗАЧЕМ⁈ — Персефона схватила меня за руку, слёзы потекли по её щекам. — Адри, пожалуйста, что ты говоришь⁈ Не надо, пожалуйста!

Я посмотрел на Аида, затем снова на Персефону.

— Я никогда не был твоим сыном, мам. Но я горд, правда, горд, что ты меня им считала. Без тебя этот мир не стоил бы и выеденного яйца.

— Адриан!

Я отстранился.

— Извини, мам. Но это единственное правильное решение.

— Правильное или нет — на другое я не соглашусь, — подтвердил Кронос, не без удовольствия наблюдая за разворачивающейся сценой.

Аид изучал моё лицо внимательным взглядом.

— Что ты задумал, парень? Если ты его не удержишь — а ты его не удержишь — то тебя некому будет остановить.

Я встретил его взгляд и медленно произнёс:

— Доверься мне. И сохрани обо мне хорошие воспоминания.

Глаза Аида расширились от понимания. Он медленно кивнул — едва заметно, но кивнул.

Я же повернулся к Ахиллу.

— Учитель. Я оставил тебе пару файлов на диске, передай их моим друзьям, как сможешь, идет? И скажи Артемиде… А ладно, это уже слишком личное. Скажи, что мне жаль, что ее тут нет.

— Эфеб. Ты уверен, что… — начал герой, но я остановил его жестом.

— Спасибо за науку, Ахилл. И позаботься о них, — я кивнул на Аида и Персефону.

Ахилл молчал пару секунд. А затем склонил голову.

— Клянусь, принц.

Я хлопнул его по спине и подошел к Персефоне. Обнял ее. Мама вцепилась в меня, словно пытаясь удержать, а я же не пытался вырваться и просто ждал, пока она отпустит. Наконец, Персефона разжала руку и, улыбнувшись сквозь слезы, ласково провела по моей щеке.