— Женя, — повторил он. — Хорошее имя. А… — он запнулся, на полсекунды, едва заметно, — отец?
— Мы в разводе, — сказала я быстро. Слишком быстро.
Он кивнул. Не стал уточнять. За это я была ему благодарна — молча, остро, до стиснутых зубов.
— А вот музыка, — он переключился легко, как будто не заметил ни моего голоса, ни моих побелевших пальцев на краю сцены. — Классика — это понятно. А помимо? Что вы слушаете дома?
— Дома — всё подряд. Что Женя не выключает. Детские песни, мультики. Иногда джаз, если удаётся усадить его спать.
— А корейское?
Сердце остановилось. На секунду, на полсекунды — но я почувствовала, как оно пропустило удар, споткнулось, сбилось.
— Что?
— K-pop, дорамы, всё такое, — он махнул рукой. — Я спрашиваю не просто так. Я помешан на Корее. Был раз восемь — Сеул, Пусан, Кёнджу. У меня там куча друзей в индустрии, я чуть не переехал лет пять назад. Даже язык начал учить, правда, дальше «камсахамнида» не продвинулся.
Он засмеялся. Я — нет. Я сидела, вцепившись в край сцены, и молилась, чтобы лицо не выдало меня.
— А у вас конкурс в Сеуле был, — продолжал он, не замечая. Или замечая — но не подавая виду. — Культурный центр Седжон, да? Я там был на концерте три года назад. Не на вашем, к сожалению, — раньше. Филармонический оркестр, Малер, третья. Зал — невероятный.
— Да, — сказала я. — Зал потрясающий.
— Скучаете по Сеулу?
Я посмотрела на свои руки. На пальцы, которые минуту назад играли «Лунный свет» и помнили другие клавиши — чёрный рояль в пентхаусе на последнем этаже, панорамные окна, огни ночного города.
— Иногда, — сказала я.
Дмитрий помолчал. Покрутил телефон в руках. Потом сказал — между делом, как будто только что вспомнил:
— Кстати. Совпадение или нет, но через пару недель в Москве — концерт Stray Light. В «Лужниках». Знаете их?
Вдох. Выдох. Вдох. Не показывать. Не показывать.
— Слышала, — сказала я.
— Мой приятель — Юн Сан Хёк, продюсер азиатской части тура. Мы познакомились в Пусане лет пять назад, с тех пор дружим. Он организует московский концерт и затащил меня — ну, как затащил, у меня два VIP-места, первый ряд. И я, честно говоря… — он опять запнулся, и ямочка на щеке стала глубже, — я ищу компанию.
Он посмотрел на меня. Прямо. Без хитрости, без игры. Серые глаза, трёхдневная щетина, чуть сбившийся хвост на затылке. Мужчина, которому я нравлюсь. Это было так очевидно, что я почти услышала это вслух — как ноту, которую не нужно брать, чтобы знать, как она звучит.
— Пойдёте со мной? — спросил он. — Двенадцатое июня. Не как продюсер и жюри. Просто — концерт. Хорошая музыка, хорошая компания.