— Почему Дымжечь? — шёпотом спросил я у Холодрага.

— Сдаётся мне, что лесорубы пытались их выкурить из пещер, — задумчиво сказал Холодраг.

— Дымжечь! Я повторять меньше два раза! — тут царица нахмурила лоб и стала загибать пальцы, — Но больше один раз… Это… эээ…

— У них есть даже к математике склонности, — прошептал Холодраг, — Вот что магия-то творит.

— Я не есть повторять два раза, лишь один… Я есть повторять один раз, но не… эээ… два? — Тронамать жалобно скуксилась, взгляд забегал по её подданным, но те лишь разводили руками, тоже показывая то один, то два пальца. Лишь один гордо показывал три пальца.

Вообще, кикиморы были четырёхпалыми, и меня даже озаботила мысль — а они уже достигли предела в своей математике? Дошли хотя бы до четырёх?

— Полтора, — громко сказал я, — Полтора раза.

— Что есть полтора? — удивилась царица.

— Ну, это один и ещё половина, — сказал я, — Уже не один, но ещё и не два.

Во мраке за колоннами кто-то ахнул, свалившись со стула. Что-то застучало, и я заметил, как там две кикиморы с взъерошенной на головах шерстью жарко заспорили между собой, пытаясь что-то записать на дощечке.

— Это не половинка! Это есть больше половины!

— Моя половинка есть правильнее!

— У тебя не есть половина! У тебя есть полторы половины! Ха-ха… — тут обе кикиморы застыли, даже во мраке их глаза осветились озарением.

— Но что есть полторы половины?

— Это есть половина половины…

— Нет, и ещё половина!!!

Новый спор разгорелся ещё жарче.

— Видимо, это какие-то учёные мужи, — задумчиво подсказал мне Холодраг, — Удивительно!

Царица некоторое время таращилась на двух мудрых кикимор за колоннами, таскающих друг друга за пучки шерсти на головах, потом снова посмотрела на меня.

— Я повторять полтора раза! Ты есть уйти и не стоять здесь! Я — царица Подгорно-царства, Тронамать! Моя воля есть… — тут она округлила глаза, потом, отпустив скипетр, снова стала смотреть на свои пальцы, что-то пересчитывая, — Но я повторять уже два раза…

— Два с половиной, — подсказал я.

— Это не есть полтора?

— Нет, это полтора и ещё один.

Тронамать округлила глаза, пытаясь переварить услышанное, потом с раздражением бросила скипетр куда-то на пол и устало откинулась на спинку трона.

— Этот Дымжечь есть гений! — послышалось из темноты.

— Ну хоть где-то бросских варваров оценили по заслугам, — усмехнувшись, сказал я Холодрагу.

Старик лишь кивнул, каким-то платоническим взглядом осматривая кикимор, и я поморщился. Что-то мне не нравится его взгляд.

— Ты, случаем, не хочешь их сожрать? — всё же спросил я.

— Обижаешь, смертный! Просто я… ну, представил на секунду… если бы они жили рядом, то я бы… Это не жадные и дерзкие люди! Это совершенно новая цивилизация, и я… ну…