Мне даже пришлось поспорить самому с собой, чтобы отбросить сомнения.

— Я — бывший Тёмный Жрец. Я — мерило хладнокровия и расчётливости!

— Хлам-хлам-хлам, — проворчал Кутень, выдав всё, что он думает о моих рассуждениях.

— Я — варвар! Бросс! — прорычал я, ткнув пальцем себя в грудь, — Бессердечный северный горец! Меня таким не проймёшь!

Время безвозвратно уходило, и я, уже понимая, что решение принято — вестник милосердия, расщелину мне в душу! — и злясь за это на самого себя, подскочил к зажатой твари… кхм… существу.

— Если ты меня сожрёшь, Всехжрать, — буркнул я, глядя в проницательные глазки, каждое из которых было размером с дыню, — Если сожрёшь, то знай, что ты будешь переваривать очень обиженного бросса. Несварение длительностью тысячу лет я тебе обеспечу!

В ответ мне прилетело недоумение — Всехжрать искренне интересовалась, что это за магия такая… А меня искренне интересовало, почему она раньше не могла показать свой разум, скрывая его за звериной яростью.

Быстро пробежав вокруг, я заприметил одно место, куда было достаточно приложить меньше всего усилий, и вклинил туда топор, чтобы использовать его как рычаг. Если есть топор и сила, то варварам подвластна даже геометрия!

Сил у меня было немного, чтобы сдвинуть такую махину, поэтому пришлось воспользоваться старой доброй бросской яростью. Как замечательно, что свойства горячей варварской крови всегда позволяют вот так схитрить. Колдовать нельзя, а злиться… у-у-у-у… можна-а-а…

— … а-а-а-а!!! — зарычал я, налегая на топор.

Ярость, вихрящаяся в крови, подожгла вздувшиеся мышцы первобытной силой. Скрипнули панцирь и гранитный капкан, но тут же опасно затрещала рукоять топора Огнезима. И всё же магическое оружие выдержало, потому что в следующую секунду панцирь несчастной самки со страшным скрипом выехал одной своей точкой из западни.

В этот же миг Всехжрать дёрнулась, словно вихрь, вылетела из расщелины, и громадный рог оказался в нескольких сантиметрах от моего лица. Она злобно зарычала, но я ухватился за острый светящийся нарост. Помнится, он меня чуть не вспорол.

— Ты обещала! — холодно сказал я.

Судя по выражению лица Всехжрати, она испытывала те же самые душевные страдания, что и я пару минут назад. Мол, ведь ей легче меня сожрать, а не вот это вот всё… Да ей даже легче будет в этом плане — ну кто осудит за излишнюю жестокость кровожадную пещерную тварь с именем Всехжрать?

— Обманывать нехорошо, — проворчал я.

В ответ послышался ещё более яростный рык. Рычишь⁈ А я тоже умею!

Так и стояли несколько секунд друг напротив друга ужасная громадная тварь и дикий горный варвар, пугая друг друга первобытным рёвом.