Он влетел в лазарет с тревожным лицом.
– На лестнице рыдает леди Далор. И выглядит очень престранно. Кто-то поджег леди волосы?
Коннор неохотно развернулся к магистру.
– Вышло недоразумение.
Блум расслабился.
– А я уже испугался, и тут замешан неизвестный осушитель. В таком случае Алис, дети, идёмте домой.
Дракон выставил руку, обрывая соперника.
– Не торопитесь. Мы с Мелией отправимся с вами.
Фиктивный отец моих близнецов чудом сохранил невозмутимое выражение.
– Простите, что?
– В Академии орудует маг-осушитель. Группа боевых дознавателей прибудет только завтра с утра, до этого времени перемещаться по территории учебного заведения поодиночке и даже парами, я запрещаю. Идем все вместе.
Опасения молодого ректора были понятны. Чем нас – магов больше, тем меньше шанса угодить в оставленную поглотителем резерва – ловушку. В коем-то веке я согласилась.
– Конечно. Я одену близнецов.
… Как только я покинула душный, пропитанный лекарственными снадобьями и горькими настойками, лазарет – морозная свежесть показалась мне глотком чистой незамутненной свободы.
Утоптанная заснеженная дорога широкой лентой убегала от главных ворот в темноту.
Я опиралась на локоть Блума и куталась в шарф, который с нескрываемым злорадством рвал зимний ветер. Рядом носились веселые близнецы. Коннор и Мелия шагали с нами плечом к плечу, причем дракон был непроницаемо холоден и подчеркнуто сдержан. Зато его любовница едва не прожгла во мне дыру. Испорченные волосы леди по настоянию «жениха» скрыла шляпкой и теперь буквально источала вокруг волны злости, обиды и ревности.
Я поморщилась, ощутив как моя магия, случайно задев ее, как будто окунулась в болото с угольной водой и с шипением отпрянула. Леди была очень сильным темным магом. Странно, что она выбрала медицину, а не факультет темных искусств. Из неё бы получился очень талантливый некромант.
Впереди, объятый вечерними огнями, лежал северный городок. Укутанный снежным туманом, он бурлил шумными улочками. Вечерняя жизнь всегда била в Сантилье ключом. Ресторанчики, кафе, пабы, таверны, кофейни – кажется, за бытность работы преподавателем я обошла все самые лучшие заведения. И рядом всегда были мои дети, друзья, знакомые по Академии. За эти шесть лет я ни разу не чувствовала себя одинокой. Ни на день не усомнилась в верности выбранного пути. Теперь же вместо сердца внутри зияет невыносимая пустота, смешанная с горьким отчаянием.
И дернули же демоны императора назначить своего кузена в Академию новым ректором!
Мы свернули в неприметный проулок и оказались в окружении жилых домов. Я запоздало вспомнила, что оставила саквояжи с вещами в лазарете, потом махнула рукой. Скорее всего, Коннор завтра все-таки вынудит уехать меня и детей. Смысл таскать чемоданы туда-сюда?