– Глупости, - стихийник хмыкнул. – Бал для всех. И мы, как отец и мать близнецов, должны быть на празднике вместе.
– Мне не с кем оставить детей.
– Это всего на один вечер. Что-нибудь придумаем.
– Нет, - я отрицательно покачала головой. – Я не оставлю детей с незнакомой гувернанткой. Тем более, сейчас, когда и студенты, и преподаватели под угрозой беспричинного осушения.
– Алис, - Блум вдруг перехватил мою руку сильными пальцами и посмотрел прямо в глаза, завораживая и притягивая блеском темных бездонных радужек, - со мной ты и дети в полной безопасности. Даю тебе слово.
И таким низким проникновенным тоном это сказал, что по спине побежали мурашки, а горло неожиданно пересохло.
Странно. До этого дня магистр хоть и проявлял ко мне интерес, но в атаку не шел. И вдруг столь бурная неконтролируемая симпатия? А ему часом не подлили сегодня в питьё приворотное зелье?
– Зелье? – Блум рассмеялся, когда я озвучила свои, мягко говоря, нехорошие подозрения. – Исключено.
– Ты настолько уверен?
– Уверен. – Красавец-брюнет откинулся на спинку стула и сложил руки на широкой груди.
Я с сомнением нахмурилась. Рисоваться магистр умеет. Не зря одна половина академии его на дух не переносит, а другая – преимущественно женская – мечтает привлечь его внимание.
– Открою тебе секрет, раз уж сегодня мы с тобой стали очень близки. Мой род невосприимчив к приворотным и в принципе любым видам зелий. Нас непросто очаровать, влюбить, подчинить и или склонить на свою сторону.
– Совсем-совсем?
– Совсем-совсем, - подтвердил фиктивный отец близнецов.
Вскоре к нам за стол присоединились Эрин и Ларк.
Близнецы терли сонные глаза, зевали и на дядю, какой весь сегодняшний вечер торчит возле мамы, особого внимания не обращали. Выпили по чашке ароматного напитка, а потом я уложила детей в детской спать. Милый белоснежный фамильяр, связанный с доченькой нерушимыми узами, покрутился у Эрин в ногах, лег, обвил лапки хвостом и, рассыпая синеватые искры, уснул.
Я полюбовалась своими спящими ангелочками и вернулась на кухню, собираясь выпроводить магистра домой.
Не знаю, какая сила потянула меня к расписанному узорным морозом окну. Отдернув тонкую занавеску, я осмотрела пустынную заснеженную дорогу внизу. Уличные фонари слабо разгоняли густые сумрачные тени. Снег ровным белым слоем покрывал скамейки, тротуары и крыши соседних двухэтажных строений.
Коннор?
Мой взгляд как прикованный зацепился за одиноко идущего по заснеженной дороге дракона.
Строгий военный мундир со знаками отличия отчетливо обрисовал рельефное мужское тело на фоне серого снега. Высокий, статный. Поступь неторопливая, но уверенная. Мощные ручищи сунуты в карманы брюк.