У входа нас встретил мужчина в чёрном пальто:
— Аркадий Сергеевич ждёт вас.
Воронцов сидел один у окна. Перед ним — чашка кофе. За спиной медленно покачивались яхты на тёмной воде. Никакой показной роскоши. Обычный состоятельный мужчина за пятьдесят. Если бы не взгляд.
Стоило ему поднять глаза, как внутри всё неприятно сжалось. Такой взгляд бывает у людей, которые давно привыкли решать чужие судьбы одним движением пальца.
— Присаживайтесь, — спокойно сказал он.
Мы сели.
Воронцов посмотрел на Андрея, потом на Игоря. И наконец остановил взгляд на мне. Легкая улыбка тронула его губы.
— На Михаила похож, — тихо отметил он. — Особенно когда злишься.
У меня напряглась челюсть.
Он заметил это мгновенно.
— Значит, сын всё-таки полез в бумаги отца, — продолжил Воронцов. — Я даже удивлён, что так поздно.
— Хватит игр, — холодно оборвал Андрей. — Ты сам нас позвал.
— Да, — спокойно кивнул Воронцов. — Потому что устал от вашего хаотичного копания. Ваши дети слишком сильно привлекают внимание.
Я резко подался вперёд:
— Это твои люди следили за нами?
— Да.
Игорь выругался сквозь зубы.
— Следить и трогать — разные вещи, — ровно ответил Воронцов. — Если бы я хотел навредить вашим детям, разговор шёл бы совсем иначе.
Перед глазами вспыхнули воспоминания: чёрный «Мерседес», удар по голове, кровь.
— Тогда кто на меня напал? — спросил я.
Воронцов посмотрел мне прямо в глаза. Слишком долго.
— Хороший вопрос, Женя.
В его голосе впервые мелькнуло настоящее раздражение.
Андрей и Игорь тоже это заметили.
— Что это значит? — медленно спросил Андрей.
Воронцов отставил чашку.
— Вы, как всегда, видите только часть картины.
Он сделал паузу, глядя на штормовое море за окном.
— Ваши отцы забрали у меня документы. Финансовые архивы, контракты, счета. Информацию, которая стоила очень дорого.
Андрей побледнел.
— Михаил и Виктор решили выйти из системы. Но перед этим захотели оставить себе страховку. На случай, если я вдруг забуду о «благодарности».
— Где документы? — тихо спросил Андрей.
— Если бы я знал, нас бы здесь не было, — ответил Воронцов.
Повисла тяжёлая тишина. Слышно было только, как за окном волны бьются о пирс.
— Мне нужны две вещи, — спокойно продолжил он. — Всё, что осталось у ваших семей. И деньги.
Он назвал сумму. Даже я понял — она огромная.
— Ты с ума сошёл, — выдохнул Андрей.
— Нет, — мягко ответил Воронцов. — Я просто закрываю старые долги.
Он снова посмотрел на меня и слегка усмехнулся:
— Забавно, как всё вышло. Дети Виктора и Михаила всё равно нашли друг друга.
У меня напряглись плечи.
— Не впутывай сюда Лизу.