— Не стоит думать, что он бабник, — говорит подруга.
— А какой парень целует девушку в ванной во время прогулки по дому, а потом тайком даёт ей запасной телефон? — я смотрю на неё с лёгкой усмешкой, но внутри всё сжимается.
— Тот, кто нереально крутой, — подмигивает Аня.
Я перевожу взгляд в окно — небо медленно темнеет, первые звёзды появляются на горизонте.
А груди снова нарастает тяжесть.
— Я уже знаю, к чему это приведёт, — тихо говорю я.
Аня закатывает глаза:
— И что же, ясновидящая?
— Я влюблюсь в него без памяти, а он будет флиртовать с каждой девчонкой в городе, пока я сижу дома взаперти. И у него идеальное оправдание — ведь мне нельзя выходить. Честно говоря, я даже не буду его винить. Кому нужна девушка, с которой нельзя нормально увидеться?
— Твоим братьям пора бы угомониться, — возмущается Аня. — Тебе почти девятнадцать! Ты уже не ребёнок!
— Знаю, — я резко плюхаюсь на кровать рядом с подругой, и мы, не сговариваясь, смотрим в потолок, погружённые в свои мысли.
Аня может делать гораздо больше, чем я, — свободно гулять по городу, ходить на вечеринки, знакомиться с кем угодно, планировать выходные без оглядки на чьи‑то запреты, даже летать в другие города и страны без надзора. Но ни разу она не заставила меня чувствовать себя обделённой. Наоборот, Аня всегда умела так подать ситуацию, что я начинала верить: у меня тоже всё получится — пусть и по‑своему.
— Тебе надо ему написать, — вздыхает Аня. — Хотя бы чтобы вернуть телефон. Он, наверное, дорого стоит. Вот тебе и предлог.
— Но если бы он хотел со мной поговорить, почему сам не позвонил и не написал? — тихо возражаю я.
— Потому что, насколько он знает, телефон мог найти твой брат или кто‑то ещё. Он понятия не имеет, что тут у вас творится.
— Точно… Я об этом не подумала, — я замолкаю на несколько секунд, теребя край пледа. — Ладно. Я напишу ему.
Аня воодушевляется и садится прямо, глаза загораются:
— Давай прямо сейчас.
Я ощущаю, как сердце сжимается от волнения:
— Нет, позже.
— Нет, сейчас.
— Завтра вечером. Тогда я буду уверена, что он дома.
— Откуда ты знаешь, что он будет дома?
— Ну, сегодня понедельник. По понедельникам обычно ничего особенного не происходит, правда?
— Лиза, перестань, — Аня берёт меня за руку, слегка сжимая её пальцы. — И что ты ему напишешь?
Страх накрывает меня с головой.
Я думаю о том, сколько девушек, наверное, пишут ему каждый день — красивых, свободных, без всей этой семейной истории за спиной. У меня же друзей почти нет — не потому что я не хочу, а потому что так вышло. Из‑за семьи. Из‑за того, что братья контролируют каждый мой шаг. Из‑за вечных «тебе нельзя», «это опасно», «мы лучше знаем».