— Я больше тебя не боюсь, — зачем-то сказала Варна.

— Хорошо, — он продолжал мести площадку.

— И эту тварь тоже.

— Ладно.

— Свят?

Он вскинул голову, светлые волосы взметнулись и снова упали на его угловатые плечи.

— Позанимаешься со мной ночью?

Он кивнул, и она ушла с площадки, оставив его одного.

Если Дарий решил, что способен только заведовать приютом, — так тому и быть. У нее тоже есть цель, и она будет добиваться ее.

Раньше травы для церкви собирала одна из прихожанок, Тамара, добродушная светлоглазая женщина средних лет. От нее всегда пахло пирогами и домом. Варна любила смотреть на нее и представлять, какая у той семья, какие дети. Такая женщина, как Тамара, не могла бить своих детей. Наверное, они были очень рады, что она их матушка.

К Тамаре липла вся ребятня, живущая в церкви. Дива не отходила от нее ни на шаг. Высокая, худая и несуразная в силу возраста, она обнимала Тамару нежно, трепетно, а та отвечала ей взаимностью, прижимала к широкой груди и долго не отпускала. Об этих объятиях мечтали все, но никто не признавался. Мальчишки фыркали, когда женщина трепала их по волосам, но Варна видела, что на самом деле они млеют под ее теплыми руками. Всем сиротам не хватает дома, но никто не хочет говорить об этом вслух.

Но однажды Тамара перестала приходить к ним, и Нина попросила Варну сходить в лес и собрать травы, необходимые для мазей и настоев.

— Я же песьей смерти принесу 16 , — она нехотя взяла корзинку.

— Пригодится, чтобы смазывать стрелы ее ядом, — беззаботно ответила Нина. — Иди, иди, солнце уже высоко, только вернись дотемна, а то придется тебя искать.

Ворчи не ворчи, а идти придется: просьбы Нины не обсуждались и больше походили на приказы. Так что, во­оружившись ножичком для подрезания стеблей и корзинкой, Варна поплелась в лес под сочувственные вздохи товарищей.

Она прошла мимо достраивающегося здания приюта и с удовольствием отметила, что его вот-вот закончат, а это значит, что их маленькую компанию скоро разбавят новые дети. Конечно, сироты — это плохо, но каждый день видеть одни и те же лица ей порядком надоело.

Лес встретил ее тишиной и редким стрекотом насекомых. День обещал быть жарким — солнце встало совсем недавно, а от земли уже поднимался пар. Некоторые растения можно найти только ночью, если верить Нине, но за ними она ходила сама, а Варне требовалось отыскать хотя бы мать-и-мачеху, ромашку, зверобой, если повезет. Она не очень хорошо разбиралась в растениях, так что, скорее всего, нарвет какой-нибудь ерунды.

Варна присела отдохнуть и оглядела свои немногочисленные находки, — если вернуться в церковь с этим жалким пучком трав, Нина отправит ее сюда и завтра. Она сама не заметила, как уснула под деревом, разморенная теплыми лучами солнца.