Варна похолодела. Почему никто не сказал ей об этом?
— И все? — жалобно спросила она. — Ты-то здесь останешься!
Теплые руки Дария обхватили ее ладони, и от этого простого жеста ей ужасно захотелось разреветься, но она сдержалась. Разве Светозарные плачут? Вот уж вряд ли!
— Ты всегда сможешь навестить меня.
— А если тебя переведут?! Как я узнаю, где…
— Посмотри на меня.
Она замотала головой, отказываясь. Если взглянет на него, тотчас превратится в его глазах из воина в сопливую девчонку, которая не заслуживает настоящего меча.
— Варна, — произнес он совсем как взрослые, — посмотри на меня.
Она нехотя подняла лицо, а потом, обреченно вздохнув, перевела взгляд на него. Он так тепло улыбался, что все внутри сжалось и слезы подступили к глазам. Нет, нет, нет! Только не реветь!
— Мы друзья, — мягко сказал Дарий. — Прости, если мое поведение тебя обидело, но я делаю то, что должен. У тебя теперь есть меч, верно? — Она кивнула, а он улыбнулся шире. — Видишь? Ты уже взрослая. Мы все делаем то, что должны.
— Поехали со мной, — прошептала она, будто Гореслав уже стоял за дверью и ждал ее. — Неужели там не найдут для тебя места?
— Пусть найдут, — упрямо сказал Дарий, — я сам не хочу. Я не такой, как ты. Мое место здесь.
Из комнаты Варна вышла в смятении. Задумавшись, она присела на корточки, положила голову на колени и просидела так довольно долго, до тех пор, пока затекшие мышцы не начали ныть.
— Пойдем, — услышала она.
Вскинув голову, Варна увидела удаляющуюся спину Свята. С того момента, как они начали совместные занятия, отношения их теплее не стали. За последние годы они едва ли перекинулись десятком фраз, Мстиславу было все равно, что между ними произошло, его задача — научить их, чтобы, когда Гореслав снова приедет сюда, они показали свое мастерство. Иногда Нина спрашивала, какая кошка между ними пробежала, но они молчали. Оба.
После изматывающего боя, во время которого Свят снова и снова укладывал ее на лопатки, Мстислав заставил их бегать кругами по площадке. По лицу было видно, как он недоволен; Варна сама хотела обругать себя гадкими словами, потому что последние несколько часов думала вовсе не о том, как отбить атаки Свята.
— Ужасно, Варна! — рявкнул Мстислав. — Где твоя голова?
Она увидела, как Свят многозначительно посмотрел на нее. Если он что-то скажет, она его убьет. Проберется ночью в его комнату и задушит подушкой. Но Свят снова смолчал.
— Почему ты не сказал, что Гореслав заберет нас? — спросила она, пробегая мимо Мстислава.
— Ты не спрашивала, — ответил он. — Быстрее!