В животе загудело призывно, а сам я тайком слюну сглотнул.

В общем, ладно бы боярский стол — не на всяком княжеском такое было.

— Нешто знаешь, что это? — Хмыкнул Рэм, взгляд мой отметив.

— Доводилось едать, — солидно кивнул я, выпрямившись. — Горьковат, но к чаю должен быть весьма хорош.

— Все так, — покивал он. — Вара, угостишь гостя?

— Да он с моей руки не возьмет. — Холодно вымолвила она. — Не надо ему.

— Чего это не возьму? — Возмутился я тихонько.

— А кто мою стряпню не ест, собаке скармливает? — Ровно та продолжила.

— Так то для собаки ведь еда? — Удивился в ответ. — Горелая, со дна котла?

— Один раз всего пригорело! — Вскинулась та.

— Да ну, я второй раз тоже пробовал, — заспорил я. — В наших краях такое свиньям ссыпали, когда портиться начинало.

— Так! Сам с ним говори, а с меня достаточно! — Вара резко поднялась, да в дальний край зала ушла, где резной дверкой хлопнула.

— Ну ты, Вер, конечно…. — Закачал Рэм головой. — Совсем страха в тебе нет.

— А, так это для меня еда была… — Вцепился я пятерней в затылок.

— Когда для двоих привычки нет готовить — может и подгорать по первости. — Пожал Рэм плечами. — А о твоем столовании я сам договаривался.

Мог бы и сразу сказать — я бы давился, но хвалил… Да что уж теперь.

— Не видать мне шоколада. — Погрустнел я.

То-то она его на стол выставила — подразнить.

— Да велика ли беда? Сам себе легко купишь.

— Легко ли? — Хмыкнул я.

Когда всей жизнью за дорогу платят — то и цена там такая, что только глазами и есть остается. Даже не золотом по весу. Потому — проще взять чего другого, послаще, да побольше… А все одно — хочется.

— Товар, как видишь, до Острова доходит в целости, неиспорченным. А деньги и заработать можно. Я тебя, к слову, для того и позвал, — пригубил он ароматно пахнущий чай.

Я тоже попробовал. Сам я взварами обходился, да Иван-чаем.

Кипяток ожег губы — подождать надобно.

— Ты дуй, дуй на воду-то. — По-доброму улыбнулся Рэм. — Свои ведь, посчитай. Кого стесняться.

— Добрый вы сегодня, уважаемый Рэм. Страшно становится от такой доброты. — Чашку я все-таки в сторону оставил, пусть так остывает.

— А ты моей доброты не бойся. С ней ты и на Острове оказался, а не на виселице, да с монетой в кармане, а не упырем безголовым. Разве не так?

— Я за ту доброту оплатил полной мерой, — настороженно произнес я.

— Все так, — прихлебнул Рэм чаю по-простому. — Да вот думаю, не откажешься ведь от собственного терема с подворьем? Да ежели еще пару горшочков с золотом в придачу?

— Это ж как близко к смерти вы мне ходить придумали? — Чуть отодвинулся я от стола, глядя с подозрением.