А княжичи А-Руве с присными, что б им землей дышать, от того в бешенство впали и терем подожгли — да в город бросились. Многое золото они на затею жуткую истратить успели — оттого, чтобы хоть часть вернуть, решились на ограбление торгового дома, что дорогим украшением торгует. Знатную добычу взяли да скрыться решили.

Одного не учли — разгневалась на них за провал сама Смерть и волколаков по следу их отправила. Да резня разразилась такая, что весь снег на выселках до сих пор в крови! Оттого людишек простых не пускают туда.

Но все одно — победителем там ни проклятые А-Руве не стали, ни волколаки. А разбойный приказ наш храбрый, за домишком тем подозрительным задолго до того приглядывающий. Ибо нет на острове угла темного, где злу спрятаться можно — а ежели оставлен, то дабы в него, как в капкан, лихие люди и попали. Разбойный приказ всю нежить и перерубил оставшуюся, а особо опасную — ту в дом запер и сжег.

Там же, при проклятых А-Руве, и золотишко с серебром нашлось все до единого. И механизмы, коими из А-Таира силу княжескую изымали. Да одна беда — сама сила нигде не нашлась.

Поговаривают, птицей ее вывезли — мертвой, но как на крыло вставать не забывшей. Именно потому весь птичник, посчитай, ополовинили.

Осерчали княжичи островные — большой поход на запад собирают, всех зовут. Ибо обиду им нанесли большую — а тех А-Руве, кто прибыл клясться, что не они это, уже на столбах перевешали.

«Вот и заорал медведь подраненный», — эхом аукнулось обещание мое, Варе данное.

Хоть и иначе я это видел — но так вышло. Мне на радость, что скрывать.

Я, правда, до тех слухов, изрядно тревогой маялся — вести ведь и иные можно придумать, где и Вер будет, и ведьма с зеленого переулка. Но в работу ушел — и легче стало.

Крышу Варе перекрывал, стены баньке порушенной обратно ставил, где мог — с камнем работал. Так светлое время проходило.

Потом в терем в постель к ведьме шел и спрашивал, каким тот должен быть шарик темно-зеленый, который она все никак найти не могла — даже копать землю хотела. Мол, а он больше цветом темно-зеленый, чем черный, верно?.. Откуда знаю — да вот слух доходил.

А иголкой ведь к плоти тянется, ежели руку потянуть?.. Да нет, не видел и не знаю — просто предположил и угадал, вот ведь как вышло.

В общем, вся извелась Вара да спросила, чего я за него хочу.

А хотел я Лалу и дальше грамоте учить. Покраснела Вара, гневаться хотела — но я-то что? Нет так нет, я ведь ее воле послушный.

— А сам же шарик тот падает, извлекать даже не надо — просто голова пеплом распадается? — Спросил ее и снова угадал.