Пока были свободные дни, мы с Михаилом разузнали насчёт участков близ Светлой речки. Мне нравился этот посёлок. Довольно большой, рядом леса, ручей Светлый ключ, река Светлая. От одних только названий становилось теплее на душе. Как нам удалось разузнать, на другом конце посёлка продавали не просто участок, а дом. Хозяева решили перебраться в город. Мы зашли посмотреть. Нас встретила бойкая, разговорчивая женщина.
— Входите, — крикнула она через калитку, когда постучали, — не заперто.
Забор был деревянным из плотно подогнанных друг к другу досок, войдя во двор, увидели небольшой домик, комнаты на три. Рядышком стоял амбар, курятник и хлев. Позади избы разбит огород, участок ровный и большой, тут на всю семью садить хватит. Задняя калитка выходила прямиком к рощице. Строения были добротными из хорошего леса, всё сделано со знанием дела, по уму. В таком доме не одно поколение семьи проживёт. Вот только где взять на него денег. Я всё это время думал, как мне сбыть золотые монеты, но соваться даже к Матвею слишком опасно. Он мне не друг, где гарантия, что сам донос не напишет? И поеду я опять по знакомому этапу.
Вопрос оплаты Михаил ушёл решать с хозяйкой отдельно. Его в посёлке почти все знали и уважали, шурин надеялся договориться о рассрочке. Я же вышел за калитку, осмотреться.
Скоро Миша показался на улице.
— Ну что? — спросил я его.
Он покачал головой:
— Согласны подождать даже полгода с деньгами, но от выплат частями наотрез отказалась.
— Эх, а дом-то неплохой, — расстроился я.
— То что надо, — кивнул Михаил, — ничего, отыщется вам и участок. Всё дешевле обойдётся.
На подходе к дому заметили, что кто-то растопил баню, мы переглянулись и кинулись бегом по улице. Рожали в деревнях по старинке. До города и до больницы пока доберёшься…
Во дворе стояла суматоха, носились дети, Ульяна вышла на крыльцо со стопкой простыней:
— Где вас носит? — не сдержалась она.
— Как Даша? — подбежал я к ней.
— С повитухой, не бойся, она баба толковая, — развернувшись, Ульяна заспешила в баню.
Отец с растерянным видом курил в сторонке:
— Как-то оно быстро. Только что с Улей крупу перебирала, а потом подняла глаза и говорит: «Зовите повитуху, пора». И вот оно… — беспомощно развёл он руками.
И правда, при родах мужики оказывались бесполезными. Женщины… Они сами знают, что делать, не нервничают, у них всё и всегда готово. Мне, никогда в жизни не пробовавшему табака, вдруг отчаянно захотелось закурить. Михаил усадил меня на лавку подле дома:
— Ты не волнуйся, Уля сама роды у Люськи принимала, те ночью начались. И о твоём дитя позаботится. Да и бабка Аглая там, ничего с Дашей не случится.