— А Рокко, — спросила она как‑то вечером, когда они сидели в полумраке, и только тусклый свет панели освещал их лица, — ты давно его знаешь?
Алор задумался, подбирая слова.
— Достаточно давно, чтобы знать: за всей этой бравадой прячется милониец, который никогда не оставит в беде. Мы с ним однажды застряли в шахте, где воздух был такой тяжёлый, что дышать приходилось по расписанию. И он тогда два дня подряд шутил. Каждый день новая шутка. Не потому, что было смешно. А чтобы никто не успел подумать, что мы не выберемся.
Эля кивнула, будто складывая в голове ещё одну деталь к образу Рокко — не артиста, не мастера на все руки, а того, кто умеет держать свет, когда вокруг темно.
Третьи сутки были самыми тихими. Они почти не говорили, будто берегли силы для того, что ждало впереди. Эля подолгу стояла у узкого иллюминатора, глядя на звёзды, которые здесь, в глубине космоса, казались не точками света, а окнами в другие миры. А Алор в эти часы был особенно сосредоточен. Он изучал маршрут, сверял координаты, проверял, нет ли на пути патрулей, и время от времени поглядывал на Элю, будто хотел убедиться, что она держится. Но каждый такой взгляд был коротким, почти украденным, словно он сам запрещал себе задерживать на ней глаза дольше, чем нужно. И Эля настолько привыкла, что хвост Алора её всегда обвивает, что иногда чувствовала, что чего‑то не хватает, и начинала оглядываться в его поиске.
Однажды вечером, когда корабль шёл по спокойному участку маршрута, Алор подошёл к Эле, помедлил секунду, будто взвешивал не только слова, но и последствия, и протянул ей небольшой предмет, скрытый в его широкой ладони.
— Держи, — сказал он, раскрывая пальцы.
На его ладони лежал компактный импульсный разрядник — маленький, изящный, будто созданный не для войны, а для того, чтобы тихо и уверенно останавливать беду. Корпус отливал тусклым металлом с тонкими гравировками, похожими на звёздные карты, в центре слабо мерцал индикатор — крошечный огонёк, обещавший силу, если она вдруг понадобится.
Эля замерла, не решаясь сразу взять его.
— Это…
— Для защиты, — коротко пояснил Алор, не давая ей шанса отказаться. — Это шокер: импульс парализует противника примерно на две минуты. Не чтобы драться, а чтобы ты могла уйти, если вдруг всё пойдёт не по плану. Если окажется, что рядом враг, а я — слишком далеко.
Она осторожно взяла шокер, ощутив в пальцах его приятную тяжесть и едва уловимую вибрацию, словно внутри прятался сжатый импульс, ждущий лишь её решения. Холодный металл быстро согрелся от её тепла.