Я открыл рот, чтобы ответить, и в этот момент из воротника начали выезжать металлические пластины. Слой за слоем. Они поднимались вверх, закрывая шею, подбородок, щёки.

— Твою мать, — выдохнул Марк.

Пластины смыкались, пока не закрыли всё лицо, а из прорезей для глаз вышел поток синего цвета, ознаменовав что шлем подключён к ИКС

Я поднял руку а пальцы в перчатках шевелились свободно и на груди тяжело лежала броня. Я прекрасно чувствовал его вес, но не дискомфорт, но главное внутри было тепло, сухо и кожу не натирало.

— Как ты? — спросила Лили.

Я повернул голову.

— Нормально, — сказал я. Голос из-за пластин звучал глухо, но разборчиво. — Только плечо откалибровать.

Я сделал шаг вперёд... Ещё один... Броня не мешала и я чувствовал, как работает ИКС, как подаёт энергию на подогрев, на подсветку, на систему связи, которую мы ещё не настроили.

— Покажись, — попросил Теодор.

Я развёл руками, повернулся вокруг себя.

— Всё на месте...

Марк обошёл меня, заглянул за спину, похлопал по плечу.

— ИКС на месте, жопа на месте, руки целые и весь, сука, собранный.

Я подошёл к столу, взял резак и покрутил в руке, радует то что перчатка не скользила, а пальцы чувствовали каждый выступ.

— Вроде бы все отлично, но нужно кое что глянуть, — сказал я.

— Сейчас? — спросила Лили.

— Да, надо проверить.

Я повернулся к куче металлолома, что осталась после разбора старых контейнеров и вытянул руку, активировал модуль: кусок тяжёлой балки дрогнул, оторвался от земли и повис в воздухе, я повёл рукой и балка послушно полетела за территорию, к воде и шмякнулась где-то далеко, подняв тучу брызг.

— Всё работает, — сказал я, опуская руку.

На лице невольно расплылась улыбка... Я и забыл, как сильно скучал по этой тяжести, по тому, как костюм давит на плечи, как каждый шаг отдаётся в эхом, ведь первое время я чувствовал себя голым без него.

Сейчас тяжесть вернулась... Давила... Но дышалось легко. Я прошёлся ещё немного, прислушиваясь к себе, к механизмам, к тому, как работает ИКС. Ничего не скрипело, не терло, не отваливалось.

— Ну как? — спросил Теодор.

— Всё нормально, — ответил я.

Я ещё раз оглядел себя: броня сидела ровно, шлем сложился, открывая лицо, перчатки слушались, а ботинки не скользили.

И тут я заметил кое что неприятное, а после тяжело вздохнул.

— Что? — насторожился Марк.

— Ширинку забыл сделать.

Тишина. Потом Теодор заржал, а Марк схватился за живот, даже Лили не выдержала, отвернулась, закрывая лицо рукой.

— Ничего, — сказал я, стараясь сохранять серьёзность. — Завтра доделаем.

— А сегодня? — спросил Теодор, вытирая слёзы.