— Твою мать, — выдохнул Винс, опуская автомат. — Всего пятнадцать? А казалось...
— У страха глаза велики, — ответил я, опуская резак. — Бывает.
Лили вытерла пот со лба.
— Раненого надо наружу, — сказала она. — И перевязывать по-нормальному.
— Давай, — кивнул я. — Всем выходим. И следим за периметром и смотрите под ноги.
Мы начали выбираться из этого вонючего ада. Впереди была улица, свежий воздух и куча работы. Но главное — мы были живы.
Мы начали выбираться из супермаркета, и каждый шаг давался с трудом. Солдата тащили вдвоём — Винс и Гленн подхватили его под руки и ноги, но он то и дело сползал и наровил упасть на пол. Я шёл рядом и видел, что парень начинает отключаться.
— Эй! — я хлопнул его по щеке. — Не смей отрубаться, понял? Глаза держи открытыми.
Он промычал что-то невнятное. Веки снова поползли вниз.
— Твою мать, — я хлопнул сильнее. — Как тебя зовут? Давай, говори.
— Роджер, — выдохнул он. — Меня зовут Роджер.
— Откуда ты, Роджер?
— Из Огайо... Я из Огайо, Кливленд. — Он запнулся, сделал тяжёлый вдох. — Болел за «Кавальерс», дурак... хотя кого это теперь волнует.
— Волнует, — сказал я, поддерживая разговор. — А в форт как попал?
— Через Армию. Я резервист. Призвали, когда началось... Сказали, помогать будем. Ага, помогли... — он скривился то ли от боли, то ли от горечи.
— Держись, Роджер из Огайо. Уже почти вышли.
— Не хочу ногу терять, — прошептал он.
— Ногу ты уже потерял. А вот жизнь — ещё нет. Так что терпи.
Мы вывалились наружу, и я замер.
Прямо перед нами, на коленях возле военного грузовика, стоял мужик. Седой, лет шестидесяти, может, больше. Одет в потрёпанную, но чистую куртку, руки на затылке, волосы седые, как и короткая борода. Над ним с автоматом на изготовку стоял Нейт, а Марк метался рядом, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках засады.
— Чисто! — крикнул Марк, оббежав грузовик. — Вроде никого больше нет.
— Стоять! — рявкнул Нейт на старика. — Не дёргаться!
— Я не дёргаюсь, — спокойно ответил тот. Голос усталый, но твёрдый. — Я никакой не мародёр. И не собирался ничего делать.
Я подошёл ближе, жестом остановил Нейта.
— Встать можешь? — спросил я.
Мужик кивнул, медленно поднялся, держа руки на виду.
— Я подумал... когда увидел военный грузовик, — сказал он. — Подумал, что вы пришли нас эвакуировать. Как тогда, в начале. Обещали же, что за нами приедут.
Я смотрел на него. Усталый, измотанный, но взгляд живой, не затравленный.
— Кто ты? — спросил я.
— Вернон, — ответил он. — Я врач. Был врачом. А теперь... просто выживаю. Как и все.
Я кивнул словам Вернона и обернулся к своим.