Я подлетел к солдату, рванул штанину. Кожа была прокушена. Кровь сочилась из мелких, но глубоких ранок. Укус.

Я скривился. Рисковать нельзя.

— Нет, командир, пожалуйста... — начал солдат, но я уже поднял резак.

Он не успел договорить. Короткая вспышка — и нога отделилась чуть ниже колена. Плазма прижгла рану, крови почти не было. Солдат заорал, забился, но Лили уже была рядом, прижимая его к земле, чтобы не дёргался.

— Перевяжите! — рявкнул я, и Лили с Винсом уже рвали аптечку.

А из темноты, со всех сторон, начали доноситься звуки. Шорохи. Хрипы. Шаркающие шаги.

На выстрел и крики полезли те, кто прятался в глубине. Из-под стеллажей, из-за стоек, из тёмных углов — ходячие вылезали один за другим.

Я невольно осознал, что мы в глубокой жопе.

Долго не думая, сделал пару шагов в сторону и со всей дури толкнул ближайший стеллаж. Тот жалобно заскрипел, накренился и рухнул, перегораживая один из проходов. Грохот стоял знатный, но выбирать не приходилось.

— Три подхода! — крикнул я, оглядываясь. — Держим эти три!

Работать одними модулями уже смысла не было. Ходячие нас услышали — спасибо выстрелу Винса и крику раненого. Они пёрли со всех сторон, и тишину можно было забыть.

— В круг! — рявкнул я. — Спина к спине! Раненого в центр!

Мы сжались. Лили упала на колени рядом с солдатом, накладывая жгут поверх обожжённой плазмой культи. Кровь сочилась, но не фонтанировала — плазма своё дело сделала, хоть и не до конца.

Я вскинул резак. Модуля на запястье не было, спасибо за это Шейну, а починить руки (рука) не дошли. Ну да и хрен с ним.

— Работаем стволами, — сказал я. — Одиночными, экономим патроны.

Первый ходячий вылез из-за стойки. Я выстрелил и снес полчерепа. Второй, третий, четвёртый полезли следом.

Лили закончила с жгутом, вскочила и подхватила модулем свёрло, валявшихся у рухнувшего стеллажа. Свёрла взлетали одно за одним и вонзились в головы трупов.

— Красиво, — выдохнул Винс, стреляя в следующего.

Мы молотили по ним без остановки. Выстрелы гремели в замкнутом пространстве, отдаваясь в ушах звоном. Я перезарядил резак (хотя одной рукой это сделать было непросто), снова выстрелил. Рядом работали Винс, Гленн, Морган со своим копьём, которое он вбивал в глаз самым настырным.

И вдруг всё стихло.

Я замер, прислушиваясь. Тишина. Только звон в ушах и тяжёлое дыхание.

— Всё? — прошептал Гленн.

— Жди, — оборвал я.

Минута. Две. Ни шороха.

Я огляделся. Вокруг нас валялись тела. Я насчитал пятнадцать, может, чуть больше. Все старые, подгнившие, воняло так, что глаза слезились. Видимо, они тут давно лежали в темноте, а мы их разбудили.