— Ты сделал это! Ты сделал это!

— Мы, — поправил я. — Без вас бы я тут до пенсии ковырялся.

Марк уже хлопал по спине Джона Смита, поздравляя его с успешной миссией, Теодор отошёл к генераторам, проверяя показатели, а я смотрел на «гардероб» и думал о том, что теперь можно будет делать настоящие скафандры, не для космоса, а для этого мира, где важна защиты от укусов, от пуль.

Я подошёл к гардеробу и на панели выбрал совсем другой вариант, не те, через которые прошёл Джон Смит, все замерли, потому что поняли что я хочу убедиться лично в его работоспособности.

— Ты серьёзно? — спросил Теодор.

— Абсолютно.

Марк шагнул вперёд.

— Айзек, может, не надо рисковать, это не обязательно... Может закинем туда Эда. Он мудак, и если разберут по запчастям то не жалко.

— Эд, конечно, вариант, — ответил я, — но я хочу знать, что чувствует человек в процессе. Как натягивается ткань, где жмёт, где манипуляторы перебарщивают. Эд мне этого не расскажет.

— А если что-то пойдёт не так? — спросила Лили.

— Значит, пойдёт не так, но я в него верю.

Я хлопнул по корпусу гардероба, залез внутрь... И нащупал кнопку, которую нажал.

Дверь захлопнулась.

На секунду стало совсем темно, а потом вспыхнул свет, причём яркий, белый, слепящий. Я зажмурился, а когда открыл глаза, манипуляторы уже двигались.

Первый ткнул меня в плечо, причем больно и синяк обеспечен, главное не забыть и откалибровать его.

Второй, третий... они работали быстро, слаженно. Я чувствовал, как на ноги ложится ткань, потом на руки, первый слой. Мягкий, плотный, а потом прорезиненная оболочка и она обтягивала тело, дышала, двигалась вместе со мной.

Дальше пошли металлические детали и почувствовал тяжесть. Бронесталь, снятая с военной техники, и пущеная на переработку пошла в ход, её в городе хватало и мы с помощью модуля натаскали целый склад, а здесь она уже прошла процесс обработки...

На грудь начали наносить слои кевлара, сверху бронесталь, я все прекрасно чувствовал и старался дышать ровно. Внутри было тепло, но не жарко.

Самое интересное началось с воротником, один из манипуляторов прошёл слишком близко и я почувствовал, как металл скользит по уху.

— Ай, твою мать! — вырвалось у меня.

За дверью, наверное, вздрогнули, но манипулятор отдёрнулся, и дальше пошло ровно.

Последние штрихи и я почувствовал, как к спине, к ИКС, подключаются провода, лёгкое покалывание, и всё.

Дверь открылась и меня буквально выкинуло наружу.

Я сделал шаг и удержал равновесие. Всё смотрели на меня с открытыми ртами. Я выпрямился, усмехнулся.

— Ну как? — спросил Теодор.