— Когда пилоты, когда автоматы. Бывает — люди, бывает — невесть кто. Я всего раз пять видел вблизи. Ты целься давай, вон уже, следующий на подходе.
Второй шар казался больше первого и стал двигаться не по спирали, а зигзагами.
— А… почему той, старой нельзя? — рассеянно спросил Ваня, толкнув сапогом оброненную ложечку.
— Одноразовые! — рявкнул дед. — Лови его, упустишь! Главное — поверь в свои силы.
Ваня вытянул руку с ложечкой, как делал это Филиппыч. Поймал «на мушку» шарик, как делал это с мишенью на учебных стрельбах. «Так… а как его сбить… чем сбить? — пронеслась мысль, шарик тем временем ускорился. — Оружие, то есть ложка, имеется, шарик — мишень, но снаряд? Что является снарядом?»
Быков дёрнул рукой вниз, подражая Савельеву, но светящийся шар так и остался лететь по небосводу этого странного мира, постепенно отдаляясь от острова.
— Не получается! — крикнул Иван-младший.
— Ещё давай! Получится, — ответил дед, наблюдая за учеником. — Ты сможешь!
— Да не могу я! — крикнул Ваня, вскочил со стула и в сердцах кинул ложку за сугроб. — Бред! Как можно ложкой сбивать летательные средства. Чем сбивать!
— Запросто можно! Силой воли, — Иван Филиппыч отпихнул ученика. — Рано тебе, значит, иди в избу, да не мешай.
6.
В дверь постучали, когда два Ивана завтракали.
— Внучка пришла, — сказал Иван Филиппыч и направился открывать дверь — на ночь запирали от пса Бима.
— Внучка? — изумился Быков. — Вы… ничего не говорили!
В избу вошла девушка с сумкой, облачённая в пальто странного серебристого цвета. Хрупкая и высокая, чертами лица она напоминала японку или китаянку. Увидев в доме незнакомца, она ничуть не удивилась и мило улыбнулась Ване.
— Знакомься, Иван, это Ирина, — сказал Савельев. — Внучка моя.
— Здравствуйте, — проговорил Быков и неловко причесал пальцами растрёпанные волосы.
— Ох, а стульев-то у нас теперь не хватает, — сказал Филиппыч и пересел с тарелкой на тахту. — Ты не смотри, что она не отвечает, Ира у нас немая. Расскажи ей, как мы вчера отстрелялись.
Девушка повесила своё серебристое пальто на гвоздик, оставшись в простом и скромном жёлтом платье. Присела напротив Ивана.
— Ну… не мы, стрелял один Иван Филиппыч. Сбил тридцать четыре, а пропустил шесть аппаратов… Говорит, меньше нормы.
Девушка выразила глазами удивление, и легонько кивнула Ивану.
— А у меня не получается пока, — признался он, поняв беззвучный вопрос.
— Ничего, получится, — дед при внучке выглядел на удивление жизнерадостным. — Ты нам гостинцев принесла?
Девушка подбежала к порогу, принесла сумку и начала выкладывать содержимое. На столе появилась бутылка белого напитка (молока или кефира), буханка хлеба непривычной кубической формы, две чёрные баночки консервов без этикеток. Затем Ирина протянула Ване тряпичный свёрток.