Ты рисовал их угольком на стенах отцовской хижины, после чего дядя и старейшины сказали, что этого ни в коем случае не следует делать, чтобы не гневить предков.
Вы вернулись с охоты, все рады вашей добыче, и ты горд, что принял в этом участие. Вместе со старейшинами из хижины выходит шаман из северных краёв. Он чужак — он другой веры, он не верит в Великие Страхи и Молитву Предков. Волосы на его груди не такого цвета, как в деревнях — чёрные, и есть небольшое белое пятно на подбородке. На нём трёхцветная накидка, закрывающая плечи и спину, такую не носят в деревнях.
Чужаки в вашей деревне бывают очень редко. Гораздо чаще они бывают в самой северной из деревень, но у вас — считанные разы. В прошлый раз ты видел чужака, когда тебе было семь лет, и сам факт того, что его пустили в деревни Ладоней, говорит о многом. В первую очередь, что он пришёл с миром — по рассказам старших, без мира чужаки не приходят по одному. Во вторую — что он ищет здесь что-то. Или кого-то.
Толпа вокруг вас расходится. Он молча смотрит на тебя несколько мгновений, затем говорит:
— Ты наш. Ты видел мир Древних, я знаю.
— Да, — нехотя признаёшься ты. — Что мне сделать, чтобы перестать их видеть?
— Ничего. Ты должен оставить Гладких Богов в своём сердце, должен пойти со мной. Должен уйти из деревень. Ты научишься многому сам и многому научишь многих. Ты станешь вторым великим Шаманом южных земель.
В тебе вновь расцветает Второй Великий Страх — страх никогда больше не увидеть Ту, с которой ты готов был войти в свадебный шатёр.
Ты проходишь сквозь этот страх. Получаешь разрешение старейшин, бросаешь свой народ и идёшь за шаманом.
3. Третий Страх
Тебе двадцать лет, ты научился писать, читать и рисовать на двух наречьях. Ты был ещё в четырёх народах, кроме вашего, на трёх руинах, видел жилища Древних, в которых теперь живёт народ твоего учителя.
На руинах одного из городов ты находишь откопанные кем-то много веков назад статую Древних Богов, смотришь в лицо и понимаешь, что это лицо из твоего сна. Ты понимаешь, что они не зря снились тебе все эти годы — они реальны, и им что-то надо от тебя.
В твоей комнате много вещей, назначение которых ты либо не можешь объяснить, либо можешь, лишь погрузившись во сны. Вместе с учителем вы изобретаете колесо и делаете первую — по крайней мере, на памяти учителя — колёсную повозку в этих краях. Ты ходишь по деревням и рассказываешь своим бывшим родичам, о том, как жили Древние и почему в них надо верить. Ты считаешь своих родичей дикарями. Даже Ту, с которой ты готов был войти в шатёр, ты тоже считаешь дикаркой, хотя в тебе ещё живёт сожаление, что ты оставил её.