Нет, кабина была способна выдержать до семи часов в полном вакууме, плюс запас кислорода в масках. Но хотелось понять, как долго всё это продлится. И что же случилось. Ведь, возможно, надо переходить с походно-спасательного в полноценный спасательный режим. Или, вообще, в оборонительно-боевой.
«Ура! Убить всех человеков!» — снова прорезался знакомый голосок. Иногда мне кажется, что образ Бэндера мне тоже подсадили в мозги, или его личность сама народилась, как какая-то ментальная опухоль.
Ветер усиливался и дул в морду, как раз в сторону климат-контроллера. Его охраняет пара роботизированных батарей — отличные ребята, помню, устраивали с ними виртуальный чемпионат по танчикам — и несколько рубежей обороны, включая защиту от наноботов. Там же спасательные отряды, ремонтники… Итого — четыреста человек.
— Так что же там могло произойти? — первая спросила Ксюша.
— Я не думаю, что реактор рванул. Тогда бы и отсюда услышали. Скорее всего, его просто заглушили, — сказал Иглесио.
— Может, хакеры, вирусы, шпионские игры родом из двадцать первого века? — предположил Ренат.
Ура, человеки убивают сами себя!..
Заткнись. Продолжаем диалог.
— Коммутационный центр расположен там же, но сети изолированы, — ответил Толик. — А сломалось всё. Скорее, крот из местных. Или диверсанты заезжие. Слышали же новости?
— Что делать-то будем, друзья? — спросил Иглесио. — Я считаю, нужно окопаться и переждать. На границе квадрата дюны, скоро будет пылевая буря.
— У нас ребёнок в кабине, вы не забыли? — напомнила Ксюша. — У задачи второй приоритет.
Да, чёрт возьми, сказал Толик, какой приоритет, какая оборона. Иди, куда шёл. У тебя впереди новая смена, вкусный кобальт. И походный режим пока никто не отменял. А спасение — дело второстепенное.
Иглесио заметил, что оба события могут быть звеньями одной цепи. Ренат посмеялся, и обозвал старика параноиком.
— Убить всех…!
— Заткнись! — хором ответили ребята.
Ксюша вдруг сказала, что девочку в обиду не даст. И что надо спасать. Все почему-то её послушались, и я решил просчитать карту.
Получалось, что надо свернуть на север и топать километров восемьдесят. Это одиннадцать часов пути с моей черепашьей скоростью. Я решил, что вкусный кобальт никуда не убежит, плюнул на разногласия команды и сменил курс.
-5-
Данные через спутник пришли через полчаса. Реактор выключен, электричества на станции нет. Все спасательные отряды из Рудного-145 и с соседних баз выдвинулись к 1034-ому. Соседние климат-контроллеры начали переключение в режим компенсации. Всем подразделениям — срочная эвакуация из квадрата. Приоритет первого уровня.