Я вспомнил было о том, как в Мангазее выдавал себя за англичанина, но не успел вякнуть об этом, как Иван сказал, что англичанин с отрядом, прибывший с востока — это еще подозрительнее, чем если б мы сразу объявили, что едет пропавший царевич Иван сотоварищи. С востока могут приехать только русские…
Или татары.
Слово за слово — и мы решили, что стоит выдать меня за некоего сибирского хана. Их в Сибири — как блох на собаке, всех не перечтешь, так что если какой новый и появится, страшно издалека — никто особо не удивится. Правда, на татарина я не похож от слова «вообще»… А Личное Слово, которое внешность позволяет менять — слишком легко определить…
Вызванная в качестве эксперта по изменению внешность, моя любимая Аглашенька посмотрела на меня, наклонив голову, прищурила глаз, слегка высунула кончик языка…
— Краски и бритва!
Через полчаса я в полном обалдении смотрел на себя в зеркало. В зеркале был не я. Там отражался совершенно незнакомый мне гражданин, ни капельки на меня не похожий, с кожей коричнево-желтого оттенка, лысый, безбородый, с узкими раскосыми глазами. Самый настоящий хан.
Возник затык со стрельцами — они были готовы за своим боярином и в огонь и в воду, но, желательно, как-нибудь так, чтобы с бородами не расставаться. Мою жертву они оценили — они ж не знали, что я из тех времен, где мужская борода скорее будет ассоциироваться с хипстером, чем с мужественностью — но сами на такие жертвы идти были не готовы. Отчего пришлось придумывать магаданским воинам обычай скрывать свои лица, нагло мною украденный у африканских туарегов. Ну, раз мужчины лица скрывают — женщинам сам бог велел, так что никто не запретит мне тащить с собой хоть целый гарем в паранджах. Осталось только подобрать подходящие одежды, чтоб никак с русскими не ассоциировались, и можно будет отправляться.
Вот где-то в этой суматохе я, наполовину в шутку, и предложил назваться Эргэдэ-ханом. А всем понравилось. И на мои сопротивления никто внимания уже не обращал. Язык мой — враг мой, в общем. И чувство юмора с ним заодно.
В общем, замученный физически и морально, я с трудом добрался до кровати и рухнул на нее плашмя, чуть не задавив запищавшую Аглашу. Которая давно уже сбежала от всей этой суматохи и спокойно спала себе, пока на нее не рухнула сверху здоровенная боярская туша. Нет, я и впрямь значительно раздался вверх и вширь. Еще немного — и стану настоящим боярином, кои, как известно, похожи телосложением на бодибилдеров. Если бы на Руси, конечно, знали, кто такие бодибилдеры.
Я обнял Аглашеньку и провалился в глухой темный сон. И в этом сне ко мне опять пришла ОНА.