— Интересно, а какая у них процентовка? — вдруг спросил Синеоков, будто таким образом пытаясь вернуть себе ощущение контроля. Он достал из кармана свой «знаменитый» блокнот — потрёпанный, с загнутыми уголками, исписанный мелким, но чётким почерком, куда он заносил все свои мысли, даже самые мимолётные. Ручка в руках Дмитрия стала быстро двигаться по белому листу, словно пытаясь «обогнать» крутящиеся барабаны игрового автомата Воронина.
— А зачем нам считать, когда нужно просто испытывать удачу! — воскликнула Джулия и положила руку на рычаг автомата прямо перед Синеоковым. Дмитрий покраснел, будто его поймали на чём-то неловком, но под воздействием приглашающего взгляда Джулии всё же закинул взятые у Воронина жетоны.
Джулия привела игровой автомат в действие, и крупный выигрыш не заставил себя ждать. Синеоков, позабыв обо всём, зачем-то стал считать пальцами жетоны, что падали в поддон автомата. Счастливо смеющаяся Джулия, иногда прижимаясь к Синеокову всем телом, принялась ему помогать. В её движениях замечалась отработанная лёгкость человека, который знает, как заставить другого почувствовать себя в центре внимания.
Глядя, как «работают» две профессионалки высокого класса, Соколовская стояла в стороне, чуть не плача от досады. О ней забыли, и у неё не имелось ни малейшего шанса сейчас «влезть» и побороться даже за секунду внимания Синеокова или Воронина. В груди всё сжималось от горького ощущения, что её тщательно выстроенный план рассыпается прямо на глазах. Соколовская от огорчения переминалась с ноги на ногу и повторяла про себя: «Только не сдавайся. И даже не думай плакать».
Разыгравшийся Дмитрий положил свой блокнот на столик и забыл о нём. Блокнот раскрылся на случайной странице и лежал так, будто бросал вызов любому, кто захочет заглянуть внутрь. И этим человеком случайно оказался Угольков.
Тем временем Александр работал в ресторане Допа ночным официантом. Ставка лаборанта с укороченным графиком, положенная ему из-за «малолетства», кормить себя не позволяла, а тут платили по отработанным часам — и вышло очень даже выгодно. Так получилось, что именно Уголькову выпала «честь» обслуживать Синеокова и Воронина. Меняя на столике грязную посуду на чистую, он машинально бросил взгляд в блокнот Дмитрия. Страница была исписана формулами, пометками, стрелками, соединяющими разные части уравнений, и среди этого хаоса вдруг мелькнула одна мысль, которая зацепила Александра.
Уже вроде бы уходя с подносом от играющих физиков, Александр неожиданно вернулся и, взяв ручку, быстро написал крупными символами длинную формулу на исчирканной Синеоковым странице. После чего, оставшись незамеченным, продолжил свой путь официанта, как будто ничего и не произошло.