чужеродно.
На кухне – остров из черного гранита, за которым стоит Зарубин.
Он уже одет: темно-серый костюм, белоснежная рубашка, ни единой складки. В одной руке –
маленькая чашка эспрессо, в другой – телефон, который он изучает с непроницаемым лицом.
Услышав мои шаги, он поднимает голову.
Его взгляд скользит по мне – от растрепанных волос до босых ног, задерживаясь на шелковом
халате. В его глазах мелькает что-то неуловимое, но он тут же прячет это за маской ледяного
спокойствия.
– Доброе утро, Анна, – говорит он спокойно. – Кофе?
– Д-доброе утро, – мямлю я, чувствуя себя не в своей тарелке. – Спасибо, да... можно?
Он кивает в сторону кофемашины – огромного монстра из нержавейки, который выглядит так,
будто управлять им может только сертифицированный бариста. Я застываю. Понимаю, что не знаю
даже, как этому зверю подступиться.
– Моя домработница вам покажет, как управлять кофемашиной. Сегодня утром я сделаю сам.
Он подходит в машине и заваривает кофе. Поворачивается ко мне и протягивает мне чашку –
фарфоровую, тонкую, с золотым ободком. Я беру ее дрожащими пальцами, делаю глоток и чуть не
стону от удовольствия.
Боже, это не кофе. Это нектар богов.
– Спасибо, – говорю я уже чуть более осмысленно, превращаясь на глазах в человека.
Зарубин смотрит на меня поверх своей чашки, и я чувствую себя так, будто нахожусь под
рентгеном. Неловко ерзаю, не зная, куда деть свои руки.
– Юля спит?
– Да. Думаю, она ещё немного поспит.
– Хорошо, – кивает он и ставит чашку на столешницу. – К вас есть время, чтобы привести себя
и Юлю в порядок. Выезжаем через сорок минут.
– Выезжаем? – тяну я и удивлённо моргаю.
– В офис, Анна. У меня в девять совещание. У вас – рабочее место в кабинете, смежном с
моим. Или вы забыли условия контракта?
Да я в таком трансе, что вообще едва соображаю, что происходит, но, конечно, уверяю, что
всё помню. Допиваю кофе и быстро бегу наводить марафет. Себе и Юленьке.
Через час мы уже входим в приемную на сороковом этаже.
Юля снова сидит у меня на руках, но выглядит гораздо спокойнее, чем вчера. Она даже не
прячет лицо, просто смотрит по сторонам настороженными серыми глазами и крепко держится за
мою шею. Я чувствую, как ее дыхание становится чуть чаще, когда она видит незнакомых людей,
но истерики нет.
Отлично же. Мы движемся в нужном направлении.
Я захожу в свою новую светлую комнату и на секунду замираю. Вчерашний хаос исчез: игрушки
аккуратно разложены по корзинам, пазлы сложены в коробки.
Кто-то поработал ночью. Или рано утром.
Юля сползает с моих рук на ковер и сразу тянется к новому набору пластилина.