условия втрое лучше, если вы перейдете ко мне в холдинг. Будете сидеть в роскошном
вип-кабинете, перебирать бумаги, ни в чем не нуждаться. И не только бумаги… Я умею быть
очень благодарным мужчиной...
Он сжимает пальцы на моём локте, лишая возможности отступить, и я вздрагиваю.
– Пустите! – шепчу я, безуспешно пытаясь вырвать руку. Его прикосновение кажется мне
грязным, а эта внезапная наигранная близость пугает до чёртиков.
– Да ладно тебе, Ань, не будь дурой, – ухмыляется он, продолжая удерживать меня и слегка
покачивать, словно мы ведём тихий доверительный диалог старых любовников. – Пошли на
террасу, обсудим твой новый контракт без лишних глаз. Зарубин со стороны уже просёк, как
интимно мы тут с тобой общаемся, так что варианта получше у тебя больше не будет. Вышвырнет
тебя с тёпленького местечка с волчьим билетом, гарантирую. Ему измена, пусть даже мнимая,
поперёк горла встанет. И прямо сейчас он идёт сюда.
Глава 29. Поцелуй
Я бледнею, не в силах вымолвить ни слова.
Осознание того, что Крушинский намеренно разыгрывает эту сцену на глазах у Зарубина, чтобы
подставить меня и уничтожить хрупкое доверие с боссом, парализует разум. Горло словно
сдавливает железным обручем.
Пытаясь защититься от этого наглого напора, я натягиваю на лицо жалкое подобие бравады.
– Да как вы смеете… Мы не общаемся! Отпустите меня, – говорю сдавленным от негодования
голосом. – Максим Эдуардович вам ни за что не поверит. Он знает, что у меня не такой
характер!
– Анют, ты такая наивная, – криво усмехается Крушинский, не торопясь убирать пальцы с моего
локтя. – Поверит как миленький. Зарубин всех женщин под одну гребёнку метёт. Для него вы все
продажные, вопрос только в цене. А сомнения я уже посеял, так что обратного хода нет.
Заметив боковым зрением, что Зарубин уже в трёх шагах от нас и стремительно сокращает
дистанцию, Крушинский наклоняется к моему лицу почти вплотную и мурлыкает с нескрываемой
похотью:
– Договорились, сладкая... Раз уж ты сама так соскучилась по нормальному стояку, я только
за. Разгрузишь мне яйца, размажешь всё языком до капли, как обещаешь, а я взамен буду
посговорчивее с твоим новым контрактом. Люблю, когда девки берут с заглотом и сразу
отрабатывают свою сытую жизнь. Найдём себе тихое местечко прямо сейчас, уговорила...
– Руку убрал. Живо! – раздаётся угрожающе-низкий голос генерального.
Зарубин стоит в двух шагах от нас со сжатыми челюстями, бешено играя желваками на каменном
лице.
– Максим Эдуардович, да мы тут просто общаемся, – небрежно говорит Крушинский. – Старые
знакомые, обсуждаем дела. Оказалось, у нас с твоей Анной гораздо больше общего, чем она сама